– Нужно проявить хитрость и заставить его отвести тебя туда. А на месте мы с ним разберемся и найдем Форнакс, пока за тобой не придет эдели.

– Отличный план, - одобрительно кивнула Олив.

– Что?
– переспросил Сонни, посчитав, что она обращается к нему.

– Отличный ты говорю, придумал план с моим похищением, - тут же нашлась она.
– Прям гениальный! Никто не узнает, что это был ты.

Юный чародей криво усмехнулся:

– Я тебе даже больше скажу, - он подошел ближе и наклонился над шарахнувшейся от него в сторону жертвой (Олив невольно отметила про себя, что ему нужно завязывать есть местный аналог чеснока в таких порциях).
– Это место защищено магически, никто тебя не найдет, никто не спасет и никто не услышит, как ты будешь кричать, когда я буду тебя пытать.

Это могло бы прозвучать устрашающе, если бы не комментарии Кайлума:

– Ах, сколько пафоса! Слышь, пацантре, забрать конфетку у ребенка - это ещё не пытки!

Сансер пнул его локтем в бок, и сказал, старающейся сохранить серьезное выражение лица Олив:

– Спроси, что он собирается делать.

– Что ты собираешься дальше делать?
– послушно спросила она.

– Я воплощу твой самый страшный кошмар в жизнь!
– многообещающе улыбнулся Сонни. По крайней мере, он себе так это представлял.

Кайлум увидел в его улыбке другое:

– О, Сансер, глянь! У тебя такое лицо, когда ты стараешься не пернуть!

И тут же схлопотал кулаком под ребра от покрасневшего товарища. Олив против воли захрюкала, стараясь сдержать смех.

Сонни воспринял это как попытку сдержать слезы, и принялся пугать с удвоенным энтузиазмом:

– Я знаю такие пытки, про которые ты даже не догадывалась!

– Ты и дальше будешь рассказывать о своих планах? Меня ждет жестокая смерть от скуки!
– изобразил ужас на своем лице Кайлум. Сансер лишь глаза рукой прикрыл. Он то своего напарника знал, и раз уж того понесло, то уже не остановить.

Но тут Олив посетила гениальная идея.

Она придала своему лицу как можно более напуганное и расстроенные лицо. Что было трудно, так как ей пришлось чуть ли не до крови прокусить губу, чтобы не смеяться. Зато слезы, выступившие на глазах, сослужили ей добрую службу.

– Пожалуйста...
– дрожащим голосом сказала она, стараясь сойти за напуганную жертву.
– Сонни... отпусти меня, и мы про все забудем! Я же знаю, что ты не такой жестокий как твой брат! Иначе ты бы сразу отнес меня в мир Шатс, ведь это мой самый страшный кошмар! Никакие пытки с ним не сравняться! Но ты этого не сделал! Значит...
– тут Олив, которая уже вошла в роль, посмотрела на своего горе-похитителя полными надежды глазами, и трогательно закончила: - Значит, в тебе ещё осталось что-то хорошее.

Её пламенная речь была встречена секундой тишины, после которой в голос ржали уже все трое - Кайлум, Сансер и Сонни.

– А знаешь что, - утирая слезы, весело сказал чародей.
– Ты сама решила свою судьбу. Мы отправляемся в мир Шатс!

– Нет, - притворно испугалась Олив.
– Нет, пожалуйста! Умоляю! Не нужно! Там эти...

– Канибалы, - подсказал Сансер.

– Канибалы!
– истерично взвизгнула девушка, повторяя за ним.

Сонни коварно улыбнулся:

– Ты мне за все ответишь, демонская подстилка, - и одним сильным ударом отправил Олив в нокаут.

*****

Олив казалось, что она спит каким-то странным сном: ей снился Кайлум, который пользовался тем, что Сонни его не видит и не ощущает, и изображает всякие непристойности: изображал, что имеет его сзади, шлепает его. Но апогей настал, когда ничего не подозревающий парень присел, застегивая свою обувь... А ещё Оливии снился пытающийся унять Кайлума Сансер. С тем же успехом можно было носить воду для тушения пожара чайной ложкой.