Когда я открыл глаза, над нами стояла тишина – жуткая, режущая уши. Сквозь колышущуюся белесую пелену мое сознание продиралось, как сквозь заслоны… С трудом мне удалось приподняться на скользкой от крови траве. Кругом валялись тела – но не слышно было ничье дыхание…

Ая и Руфус лежали рядом – даже умирая, они держались за руки. Светлые волосы Аи были наполовину бурыми от крови… Спасать хоть кого-то из них было уже поздно…

Кажется, я ревел во все горло, проклиная судьбу и мрак вместе взятых –и разрываясь на части от режущей, раздирающей меня изнутри боли. По сравнению с ней боль в боку словно и не существовала… Я взвалил себе на плечи их тела – и пошел в лес, спотыкаясь и продолжая плакать. Набрёв на небольшой ручей, я некоторое время шел по воде – собакам так будет тяжелее взять след, когда за нами еще придут… Эти двое заслужили того, чтобы хотя бы их последний сон не тревожили…

Возле большой поляны я выбрал мощное дерево… Под ним они и остались – рядом, плечом к плечу, как и в жизни…

Мне осталось только засыпать это место травой и сухими листьями, когда над моей головою в ветках дерева вдруг громко закричала птица – это был крик ворона – резкий и почему-то тревожный. Спиною я ощутил взгляд - но одернуться уже не успел – все тело пронзила жуткая боль, а еще один удар – по голове, потушил свет в моих глазах…

…Меня душили слезы. Наконец-то я добрался до того, к чему так стремился – я вспомнил.

Но нужны ли мне эти воспоминания – этого я уже не знал…

Душная тишина вонючей камеры иссушила мои слезы.

Я снова словно плыл по мутной реке воспоминаний, и услужливая волна то подбрасывала меня к свету озарения, то упускала в серую тьму непонимания…

….
– Ая, не оставляй меня больше… так, - попросил Руфус, глядя ей в глаза.

– Прости… Я не хотела огорчать тебя – тебе было бы неприятно знать, с кем на встречу я отправилась. Но и не пойти на нее я не могла.

– Я не волен в чем-то ограничивать тебя, Ая. Но результат встречи я, кажется, вижу – Руфус кивнул в сторону недвижно лежащих бандитов.

– Да… Власть меняет людей. И даже больше, чем я думала. И если бы не Карп, то меня, возможно, уже не было бы...

Руфус только теперь посмотрел на орка.

– Карп…- задумчиво протянул он.

– А что ты скажешь, Карп, если я предложу тебе охранять ее? – обратился он сходу к орку, кивнув на девушку. – Об оплате мы договоримся. Но стоит тебе учесть сразу – эта красавица не всегда сидит дома и вяжет кружева. Она иногда такое вяжет… - Руфус выразительно кивнул на распростертые на камнях тела – что ни с чем не вяжется!

– Хм… А почему бы нет? – почесал затылок орк.

– Надеюсь, ты не против путешествий?

На широкой морде Карпа расплылась довольная улыбка:

– Больше хорошей драки я люблю только долгие дороги, - признался он.

– Я иду с вами. Вот только сумку свою заберу из пивной.

– Тогда поторопись – нам надо уходить прямо сейчас, - предупредил Руфус.

– А то, - кивнул орк, - и его словно сдуло.

Они остались на темной улице одни. Слышен был только стон кого-то из раненых.

– Я волновался за тебя, - признался Руфус, беря ее за руку.

– А как ты нашел меня?

Он только улыбнулся в ответ.

– Ты обижаешь меня. Тебя я найду где угодно… И узнаю в любом обличьи, можешь даже не сомневаться в этом.

– Да, мне до тебя далеко, - вздохнула Ая. А я даже с парой головорезов не смогла справиться.

– У тебя еще все впереди, - пообещал он. – Думаю, нам не стоит больше возвращаться домой. Эти люди… Это Элон послал их?

– И думаю, так просто он не успокоиться.

– Ну что ж, может это и к лучшему – слишком мы пригрелись на месте. И заигрались в счастливых крестьян… К тому же, теперь, когда мы нашли его, нам ничего больше не мешает отправиться туда. И пока слуги нашего дорогого министра будут искать нас, мы начнем свои поиски.

– Поиски легенды, - улыбнулась Ая уголками губ.

– До некоторых пор я для тебя тоже был легендой…

– А вот и я, - раздался за спиною голос орка. – Трезв как утренний цветок и согласен идти с вами.

– Тогда – идем...

… Я не понимал, почему видел всю эту картину – мое с ними знакомство - как бы со стороны – но и сейчас не особо заботило меня это непонимание. Главное – это были настоящие воспоминания, мои воспоминания, пусть даже и со странностями – я принимал их и такими…

…. Блики ночного костра на белом лице Руфуса. Шатер звездного неба над нашими непокрытыми головами. Котелок вкусной каши, допревавшей в котелке… И запах степи, сладко-полынный, щекочущий ноздри, и изгибы сонной травы под рукою…