Вейнберг тут поставлен в позе,

Красовался тут Надсон,

Тьма других, что в рифмах, в прозе

Наводили скучный сон:

Переводчики пустые,

Подражатели-певцы,

Исказившие живые

Дивных песен образцы.

Тут стоит на диво свита,

Хоть внутри он также пуст,

Знаменитого Мачтета

Реставрированный бюст.

Все в российском Пантеоне,

Ряд бессмертных недвижим...

Эхо славы на тромбоне

Громкий туш играет им.

XX

Ах, как быть? В наш век печальный

Позабыть нам должно лесть

И под аркой триумфальной

Многих за ухо провесть.

Но покрыть грешки чужие

Я всегда сердечно рад,

Пусть гремят певцы, витии, --

Мы вернемся в маскарад.

Видел маску Аристида

На воришке Дмитрий тут,

В тоге, прямо римской с вида,

Перед ним прошелся Брут.

Но докучного мельканья

Пестротою утомлен,

Погрузясь в воспоминанья,

Дмитрий сел в тени колонн.

XXI

Край печальный и туманный!

Волны Саймы, сосен ряд...

Грезой тихой, грезой странной

Дмитрий сумрачно объят.

Вильманстранд, болота, скалы,

Серый парус рыбака,

Берег финнов одичалый,

Пролетают облака...

Дмитрий стал на камень бедный,

В красной феске с ним Мамут.

Плещет Сайма, Север бледный...

Ах, зачем, зачем он тут?

И запел Мамут, и горы

Встали синею стеной,

Кипарис, плюща узоры,

Море, солнце, южный зной!

ХХII

– - Тих и грустен в маскараде!

Я тебя не узнаю!
– -

Дмитрий смех услышал сзади.

На пунцовую скамью,

Шелестя, с ним села рядом

Маска в черном домино.

Дмитрий с этим мягким взглядом,

Мнилось, был знаком давно.

Блеск улыбки из-под кружев

О былом напоминал...

Кто она, не обнаружив,

Маски Дмитрий не узнал.

– - Я с тобой встречался где-то!
–

Он шепнул. Знакомый взгляд!

– - Я incognito!
– - Для света?
– -

– - О, для всех! Здесь маскарад!

ХХIII

Маскарад дает мне право

Быть на ты, интриговать,

И -- добавила лукаво

Маска -- я хочу, -- как знать?
– -

Откровенной быть с тобою!

– - Прямодушье в маске?
– - Да!

– - Но, интриги, я не скрою,

Очень скучны!
– - Не всегда...

Может выйти в маскараде

Пресерьезный разговор...--

– - Лишь не это, Бога ради!

Я предпочитаю вздор.

– - Клевета! Тебя я знаю

С лучшей стороны давно.

– - Я не в маске. Полагаю,

Знать меня не мудрено!

XXIV

– Но ты маску носишь в свете!

– Как и все...
– - Зачем, скажи,

Странности твои все эти.

Пошлый вид и кутежи?

Часто я тебя встречала

И любила, может быть...

Ты переменился мало:

Сердце можно ль изменить?

Но тебя томит забота,

Тайна есть в твоей судьбе,

И не выяснено что-то,

Что-то кроется в тебе...

Да, ты глубже, ты серьезней,

Чем казаться хочешь ты!

– - Слушай, маска! Час уж поздний,

Дай узреть твои черты!

XXV

Ты меня разоблачаешь,

А сама под домино.

Кстати, ужинать желаешь?

Кажется, пора давно?

– - Брось притворство хоть со мною!..

– - Чем же мне прикажешь быть?

Чацким? Маскою иною

Милой даме угодить?

Что же? Я готов, и с места

Стану мрачен и глубок.

С мизантропией Альцеста

Я начну громить порок.