В тишине раздался щелчок, и из тени выплыла рука, сжимающая направленный на Николь револьвер. Девушка ошиблась: упырь вооружился, прежде чем зайти в гости.

– За твоей белокурой головкой идет настоящая охота, рыбка, – затем из тени вышел сам Пол. – Мой дед уже, наверное, на полпути к городу: скоро вернется с дядьками в форме, и тебя с твоим дружком закатают всерьез и надолго. Старый дурак, – парень усмехнулся и сел на сундук, продолжая целиться в Николь. – Зачем делать что-то за благодарность от властей, когда какой-то псих предлагает за твою поимку целое состояние? Как думаешь, кто же мог так соскучиться по тебе, а?

Он рассмеялся, но потом сморщился, прижав два пальца к носу. Видимо, Зомби неслабо его долбанул.

– В общем, расклад такой: мне плевать, за что ты прикончила собственную тетку, плевать, какого черта ты шастаешь по лесу с этим мудаком – мне нужны деньги, ясно? Поэтому, ты либо добровольно идешь со мной, и я передаю тебя в руки заказчика, либо я пристрелю тебя прямо здесь и сейчас. Скажу, что это была самозащита. И дружка твоего ,кстати, я тоже прикончу.

Ну вот в последнем Николь дико сомневалась, конечно, но дела это не меняло. Если Пол говорил правду, то завтра днем полиция будет здесь. И если изначально девушка была очень даже не против обратиться в полицию, то теперь подобная перспективка ее пугала. Она – главная подозреваемая в чудовищных преступлениях, что делало ее голос абсолютно несущественным: никто не станет ее слушать. Да и Кристиан, человек, существованию которого нет документального подтверждения, вызовет вопросы. Зомби нельзя в полицию, особенно, если станет известно о его способностях. Они начнут проводить на нем опыты и, в конечном итоге, убьют. И, как чудесное завершение чудесной истории, в финале последует объявление войны с Эстасом: ведь, как-никак, инопланетяне нарушили условия договора, послав на Землю хранителя…

Или же она могла сбежать с этим психом к таинственному заказчику, которым мог быть только один человек – Дэвид. Забавно, несколько дней назад такой расклад был бы для нее идеальным: избавиться от Зомби, вернуться к другу и продолжить борьбу. Но почему-то сейчас Зомби не казался ей таким уж злом, а Дэвид – избавлением.

– Если я пойду с тобой, – нерешительно начала девушка, взвешивая каждое слово, – что будет с Кеем?

– Да насрать мне, что с ним будет, – отмахнулся тот. – За него мне не заплатят: успеет унести свой зад до прихода копов или нет – меня не волнует.

– Когда нужно идти?

Парень, который был немного удивлен сговорчивостью беглянки, задумался. Он приготовился к длительным угрозам, насилию и слезам – последние два пункта он и вовсе ждал с нетерпением, а тут такое.

– Эй! Если ты что-то задумала, – начал он, – если ты взболтнешь что-то своему приятелю или попытаешься соскочить…

– Этого не будет, – Николь приняла решение. – Так когда?

– Ночью, – не веря собственному везению, откликнулся блондин. – Когда все уснут.

– Ты уверен в том, что сможешь ускользнуть? – девушке тоже оставалось только поражаться абсурдности ситуации: она учит последнего в мире человека, с которым хотела быть хоть как-то связанной, тому, как обмануть другого, кому она обязана собственной жизнью. – Кей будет спать в твоей комнате, а спит он чутко. И, – до того, как белобрысая пародия на стратега успел вставить очередную угрозу, Николь продолжила, – имей в виду, что если ты с ним что-нибудь сделаешь, сделка отменяется.

– Вот как? – издевательски хмыкнул тот. – Вот тогда и разберешься с ним сама. Сделай так, чтобы он остался на ночь здесь: я думаю, он будет не против. Заодно и попрощаешься с братцем-кроликом, – он похабно заржал. Николь машинально потянулась к царапине на руке, но промолчала. – Или, можешь прийти ко мне…

– Пошел к черту!

– Завали дупло! – рявкнул Пол, вскидывая револьвер. – Я с тобой церемониться не стану, имей это в виду, дрянь! Мне нужно доставить тебя живой и только: про незначительные повреждения ничего сказано не было.

Засунув револьвер за пояс, блондин вышел, оставив девушку наедине со своими мыслями. Николь сползла на пол и, обхватив колени руками, подавила стон. Когда же это все закончится?! За что жизнь швыряет ее от одной крайности к другой? Никки так стремилась сбежать от всего этого (от Зомби, прежде всего), так увлеклась жалостью к себе и бесконечными попытками вырваться, что не могла думать ни о чем другом. И только сейчас, когда на горизонте забрезжило обещание свободы, девушка поняла, что она больше не хотела убегать. Пусть Арчер и использовал ее для собственных целей, пусть ее это бесило, пусть, порой, она была готова прикончить его голыми руками, но… Она привыкла к нему. Да, Зомби был злом, но злом знакомым. Злом, которое вот уже в сотый раз спасало ей жизнь. А теперь? Теперь она собиралась броситься в другую пропасть, покинуть знакомый берег и вслепую плыть в никуда. Дэвид был лишь предположением: возможно, вознаграждение предложил кто-то другой, и она, наивная овечка, сама идет на бойню. А даже если и нет, если ее действительно разыскивает Дэвид, то это ничего не меняло. Осознание накрыло Николь, точно лавиной: она не хотела возвращаться к тому, кого совсем недавно считала лучшим другом.

Кристиан, по дороге продолжая вычесывать соль из волос, был на середине лестницы, когда услышал голоса. По инерции, точно гончая, он замер и обратился в слух, но кроме интонаций ничего разобрать не мог. Это был мужской голос, вот только доносился он не с той стороны; разговор на повышенных тонах проходил в комнате нисы. Сжав челюсти, мужчина решительно настроился прервать сию баталию, но не успел: дверь в комнату распахнулась и Пол, одернув рубашку, с ожесточенным выражением лица прошествовал в свою комнату, не обратив на мужчину ни малейшего внимания. А вот это уже ни в какие ворота! Кей сжал кулаки и ураганом преодолел оставшиеся ступеньки, бесцеремонно врываясь в комнату девушки.

– Как это понима…, – мужчина с порога врубил свет, по необъяснимой причине готовый рвать и метать, но увидев девушку, замер. – Что случилось??!

Никки сжалась на полу, пряча заплаканное лицо в коленях. Пальцы ее правой руки, сжимавшие левое плечо, были в крови. Растеряв весь свой запал, Кристиан в полнейшей растерянности стоял посреди комнаты и тяжело дышал.

– Николь, – он медленно начал приближаться, памятуя о том, какая реакция была у девушки в прошлый раз, когда он попытался к ней притронуться, – Николь, что произошло?