– Какого черта?! – Кристиан вскочил на ноги, сжал кулаки, пытаясь усмирить вспышку злости. – Дафна, черт тебя дери, почему ты молчала?! Черт…, – он начал метаться по комнате, время от времени прижимая кулак ко рту, купируя очередной приступ ругани. – Ну и когда ты собиралась мне сказать, а?! Или нет, не так: ты, вообще, собиралась мне рассказать?? А? Ди, я с тобой разговариваю! НЕ МОЛЧИ!

– Я не знаю! – полный страдания вопль сорвался с ее губ, и она закрыла лицо руками. Ее хрупкие, молочно-белые плечи, просматривающиеся сквозь тонкую ткань пеньюара, сотрясались от рыданий. – Я не знаю, ясно?! Я ничего не знаю! Не знаю, не знаю, не знаю, не знаю….

– Ди, – Кей, чуть ли не воя от беспомощности, подскочил к девушке и крепко прижал ее к себе. Он чувствовал, как его сердце разрывалось на части. Каждая ее слеза, точно кинжал, впивалась в него, терзала его душу. Дафна не должна была плакать. Она не должна была страдать. Ведь она никогда не делала этого: она же такая сильная, такая жизнерадостная, такая уверенная в себе и в своих поступках… Была, на Эстасе. А теперь? А теперь Кристиан был вынужден наблюдать за тем, как Земля губила одного из самых близких ему людей. Эта чертова планета, будь она неладна, ломала Дафну, убивала ее. Как он мог допустить подобное? Почему он не заметил этого раньше? – Тише, ш-ш-ш, все хорошо, слышишь? Все будет хорошо…, – Кей осторожно гладил девушку по волосам, давая ей время прийти в себя. – Я здесь, я рядом. Я никогда, – никогда, слышишь? – не позволю ничему плохому случиться с тобой…

– Но тебя нет, – прорыдала девушка куда-то в район его плеча, мертвой хваткой вцепившись в его рубашку. – Тебя никогда нет. Ты уходишь…Ты в-в-всегда уходишь…ты…ты…. ты бросаешь меня одну… Мне страшно, Крис. Мне правда очень-очень страшно…

– Ш-ш-ш, – Кей закрыл глаза, борясь с отчаянием, подступающим все ближе. Он бросил ее? Он??? Как она могла говорить так?! Та, которая предпочла ему другого! Та, которая вышла замуж за его наставника! – Собирайся, Ди. Мы немедленно возвращаемся домой.

– Нет, – еле слышно откликнулась та, повергая своего телохранителя в шок. Теперь Кристиан, вообще, ничего не понимал.

– Нет?? Что значит «нет»? Дафна, ты не можешь оставаться здесь…

– Я не могу вернуться, Крис, – девушка разжала свою хватку, и чуть отстранилась. – Морт сказал, что операция еще не закончена.

Ну, конечно! И как он сразу не догадался??

– Постой, так ты об этом с ним говорила? То есть, он в курсе? И он все равно сказал тебе оставаться здесь?!

– Да, и знаешь, – Ди вытерла слезы и виновато уставилась на пятна туши для ресниц, черневшие на рубашке Кея, – в этом есть смысл. Ведь ты же в порядке, да? Твой организм приспособился, и при том без каких-либо препаратов вообще. Дин, конечно, принимал таблетки, но в какой-то момент необходимость в них пропала и для него тоже… Ты понимаешь, что это значит? Это значит, что у хранителей есть шанс! Вы можете приспособиться к этой планете, вы сможете…

– Это говорит Дафна Никс или Валтер Морт? – Кристиан внимательно посмотрел на девушку, не понимая, пугаться ему или еще рано: может, плакать она и перестала, но ее глаза все так же лихорадочно блестели. Блестели не от страха и жалости к себе, а от идеи, навязчивой безумной мысли.

– Это не имеет значения, Крис…

– Как раз-таки, наоборот, только это и имеет значение. Я не позволю тебе пожертвовать своей жизнью ради идеи очередного фанатика с манией величия. Мы сегодня же возвращаемся обратно.

Кристиан встал и подошел к шкафу с очевидным намерением опустошить его, затолкать все, что поместится, в чемодан и увезти Дафну домой. Сегодня. Сейчас же. Но ее бледная холодная рука мягко легла на его плечо и легонько сжала его.

– Кей, мы не можем этого сделать.

– Послушай, – терпение мужчины было очень близко к тому, чтобы лопнуть. – Мы не просто можем, мы сделаем это. Мне плевать на Графа, плевать на совет, ясно? Мне было приказано охранять тебя, а потому я могу делать все, что посчитаю нужным, ради твоей безопасности, – он стряхнул ее руку с плеча и продолжил паковать вещи. Разумеется, он мог делать это гораздо быстрее – используя свои способности – но предпочел физический труд: так он хотя бы мог отвлечься от собственной злости. Злости на себя за свою невнимательность, на совет – за их одержимость, на Морта – за его беспощадность и готовность идти по головам ради достижения цели. – Открою тебе маленькую тайну, Ди: сенат не в курсе того, что с тобой происходит. Граф умолчал о вашем разговоре, потому что прекрасно знал, что…

– Я знаю, Крис. Я сама попросила его об этом.

– Что? – он замер и повернулся к девушке; в его глазах читалось возмущенное недоумение. – Но зачем? Черт, Ди, я ничего не понимаю!

– Ты просто не все знаешь. Никто в ордене хранителей не знает. Никто, кроме Морта.

– Не знаю чего?

– Сенат…, – Дафна растерянно осмотрелась, пытаясь найти нужные слова. – Ты же знаешь, что будет, если сенат узнает, что препараты не действуют, и что мы не сможем выжить на Земле в том виде, в каком она существует сейчас?

– Терроформирование, – кивнул Кей, чувствуя, как где-то на задворках его сознания просыпалась тревога. Да, когда он принял решение вернуть Дафну домой, он совершенно не подумал о последствиях. Ди-то он спасет, но какой ценой?

Кристиан всегда знал про так называемый план Б. Более того, до недавнего времени он был его сторонником: какой был смысл в дружбе с более низшими существами, которых так просто уничтожить? Зачем подстраиваться под планету, когда можно подстроить планету под себя? До недавнего времени он разделял эти идеи, и если бы не неопределенность последствий данного процесса (Земля могла не выдержать), то Кей бы никогда не согласился бы на тестирование препаратов. В этом просто не было бы смысла. Но теперь все изменилось. Теперь он знал, что земляне – не стадо бессловесного скота, как им рассказывали. Пусть они и отставали от жителей Эстаса по многим параметрам, пусть они были не так совершенны, но у них тоже был разум, сознание. Пусть они были глупыми, измеряющими чувства в железках с бриллиантами, но все же живыми.