– Почему у вас не запрещают курить в общественных местах? Уже почти по всей Европе запретили.

– Потому и не запрещают, Бобби, что люди приезжают сюда отдохнуть от ваших дурацких запретов.

– Дурацких?

– Именно!
– сказал он и снова блаженно выдохнул фиолетовое облачко.
– Вот курить у вас запрещают, а гомиков всяких развелось по всей Европе как тараканов. И легкие наркотики во многих странах легализовали. А ведь это намного страшнее для нравственного и физического здоровья нации, чем какой-то табак!

– А вы что - гомофоб?
– спросил я, напрягшись.

– Нет, - сказал Хариф мягко.
– Я вообще толерантный человек. Но гомиками - брезгую. Как вы, к примеру, китайской кухней.

– Зато у вас, вон, мальчишки сопливые в питейных заведениях работают!
– нашелся я ответить, заметив промелькнувшего обратно официанта.

– Ну и что?
– удивился Хариф.

– А то! Сегодня этот мальчишка разносит вино, а завтра - сам начнет втихаря пить!

– Не начнет.

– Откуда такая уверенность?

– Оттуда, что мальчишка этот наверняка растет в дружной полноценной семье, где получает надлежащее воспитание! У нас есть незыблемые традиции, Бобби, в отличие от вашей либеральной Европы, давно похерившей все святое ради иллюзорных идей свободы, которая в конечном итоге сводиться лишь к свободе плевать на общественное мнение!

– Видел я ваши "традиции", Хариф! Постыдились бы говорить!

– Это совсем другое!..

Неизвестно чем бы закончился наш спор, если бы к нам, наконец, не подошел пожилой скромного вида официант.

– Бобби, я закажу блюда и закуску, а вы - спиртное. Согласны?

Я лишь пожал плечами. И Хариф стал что-то диктовать официанту, который лишь кивал и кивал, быстро строча в своей книжке.

– Бобби, так что закажем? Что у вас принято пить под рыбу?

– Ну, мало ли...
– задумался я, поскольку не привык выбирать вино без карты.
– А что у них вообще есть?

– А вы скажите, что хотите. А он вам скажет - есть или нет, - ответил с легкой усмешкой Хариф.

– Что ж, - принял я вызов этого нахала.
– Можно заказать розового сухого. Можно красного или белого. Это, смотря какая рыба! К лососю подошло бы, к примеру... Bienvenues-Batard-Montrachet Grand Cru!
– выпалил я скороговоркой марку вина, почти уверенный, что в этой забегаловке про такое вино и не слыхали.

Официант вопросительно посмотрел на Харифа, тот одобрительно кивнул и официант невозмутимо чиркнул в своей книжке.

– Но скажите этому молчуну, если он меня не понимает, что вину должно быть не меньше пяти годочков! Я проверю!
– спохватился я.

– Не беспокойтесь, это опытный официант, он все понял, - сказал Хариф, поманил пальцем официанта и что-то прошептал ему в ухо.

Официант выпрямился, кивнул с достоинством и ушел.

– Что вы ему сказали?
– спросил я подозрительно.

– Я просто попросил его принести к вашему вину немного водочки, - ухмыльнулся он.
– На тот случай, если мне не понравится ваша кислятина.

Вначале нам принесли хлеб и закуски, главным образом овощные. Разложив все, молчаливый официант убрал со стола два лишних прибора. Вторым рейсом он принес минеральной воды, апельсиновый сок в графине, блюдо картошки фри, фаршированные баклажаны и сладкий перец в соусе. В третий раз официант пришел с мальчишкой, который выложил на стол огромное блюдо с жареной рыбой, источавшей изумительный аромат. А сам официант, поставив на блюдечко пол-литровую заиндевевшую бутылку водки, снял с подноса и бережно протянул мне бутылку белого вина. Я придирчиво осмотрел увесистую бутыль со всех сторон, даже попытался сковырнуть ногтем этикетку с петушками - не приклеена ли, чертыхнулся про себя неудавшейся шутке и передал ее официанту. Сомнений не оставалось - это было то самое, заказанное мной, одно из самых изысканных бургундских вин, к тому же - семилетней выдержки, стоившее у нас в Швейцарии приблизительно пятьсот евро, а здесь... я даже боялся об этом думать!

Официант торжественно вынул из широкого кармана курточки штопор, умело вскрыл бутылку, спрыснул несколько капель в специальную рюмочку, а затем искусно разлил вино по бокалам.

– Bon appetit, misters!
– неожиданно приятным баритоном провозгласил официант, глянул выжидательно на Харифа, поставил рюмку на поднос и скромно удалился.

– Что ж, Бобби, ваше здоровье!
– радостно оживился Хариф и, не отрываясь, выцедил, словно воду, вино из своего бокала.

Я тоже не стал изображать из себя дегустатора и без лишних церемоний трепетно отпил пару глотков.

– Вам положить?
– предложил Хариф, потянувшись за рыбой.

– Нет, спасибо, я сам.

– Вас что-то смущает?
– спросил он, положив на свою тарелку сразу два больших куска и начав обдирать с одного из них чуть подгорелую кожицу.

– Нет, просто я не пойму - что это за рыба?

– Угадайте с трех раз, - стрельнул лукавым взглядом Хариф.

– Ну, это явно не лосось.

– Не лосось, верно, - сказал он, налил на тарелочку какой-то тягучей темно-бордовой жидкости из маленькой чашечки с носиком, обмакнул в лужице кусок рыбы и отправил в рот.