Ладно, хватит себя накручивать — самолёт уже заходит на посадку в Киеве. Я пристегнул ремни, устроился поудобнее — и подождал, пока самолёт не остановится. К нему подкатили «рукав» шлюза — и мы перешли внутрь аэровокзала. Таможня, работники которой очень подозрительно на меня посмотрели. Так, подозрительно — и с ненавистью. У меня в паспорте были мои настоящие имя и фамилия, но, разумеется, итальянское гражданство. Видимо, русскоязычные имена и фамилии вызывали у местных такую ненависть, что они были готовы устроить даже международный скандал.

– Давай, кацап, проваливай отсюда! — сказал мне таможенник на ломаном русском.

– Я не есть понимать Вашу мову, — примерно на таком же украинском ответил я.

Таможенник обматерил меня на дичайшей смеси украинского, русского и польского языков, которую он считал чисто украинским языком. Я сделал мысленный фейспалм — ну, нельзя же так… Тебе, парень, искусственно привили ненависть к братской стране — а ты и рад стараться… Куда катится мир?

Для отвода глаз я немного погулял по Киеву. Наткнулся на вывеску о том, что в одном из театров через два часа состоится творческий вечер какой-то Саши Кладбище. На афише была изображена девушка, одетая в какую-то весьма гротескного вида военную форму — чёрная шинель, высокая чёрная фуражка с черепом, - в окружении очень сильно различающихся по форме одежды военных. Заинтригованный, я решил посетить это мероприятие.

Ну что же, я был приятно удивлён. Девушка оказалась той же, что и на афише, минус форма и странные личности. Да, она необычно выглядела. Очень сильно необычно, если уж быть откровенным до конца. Странная причёска, когда выбрита половина черепа, уши проколоты в нескольких местах очень необычными серьгами, не менее странная одежда. Просто такие куртки, на мой неискушенный взгляд, выглядят немного необычно. Хотя, как раз, необычно в этом месте выглядел именно я — на мне был деловой костюм-тройка, галстук, лакированные туфли… А вот посетители данного мероприятия — косухи, платки, банданы… Но на меня, хоть и немного косились, смотрели в целом нормально. А потом девушка исполнила несколько песен под гитару. На свои стихи. Ну что… Мне понравилось. Как-то трогало за душу. А потом… Потом она исполнила то, ради чего, как я понял, большинство сюда и пришло — две песни по, как мне сказали, Вселенной Warhammer 40000. Первая была такой, скорее, юморной — «На мою девушку упал космодесантник», вторая — напротив, героически-пафосной — «Над нами баржи Абаддона». Ну что же, на мой взгляд — неплохо, даже хорошо. Я даже купил сборник стихов этой юной леди и, получив её автограф, отправился дальше, по своим делам…

К президентской резиденции я добрался через два часа. Судя по наличию охраны, свин был на месте. Ну что же, приступим, помолясь…

– Вы проведёте меня к Президенту, — властно сказал я.

– Я проведу Вас к Президенту, — как попка, повторил охранник.

И в самом деле провёл. Президент сидел в своём кабинете в компании другого неприятного местного деятеля — премьер-министра. Тот выглядел… Выглядел он, как Кролик из старого советского мультфильма про Винни-Пуха. Только это был очень злой Кролик… А уж какой интеллектуальный разговор они вели… А уж насколько добрым и конструктивным был этот разговор… С каким азартом они обсуждали новые артудары по мирным жителям! Вот честно, так и подмывало меня сейчас уложить их обоих — голыми руками. Но всё же надо было сделать работу, ради которой я сюда прибыл. А вот в качестве бонуса можно было кое-что сделать…

– Кхе-кхе, джентльмены, я вас прерву? — спросил я.

– Ты кто такой? — грубо спросил Президент.

– Как невежливо, — грустно сказал я. — Как невежливо… Я к Вам, Пётр Алексеевич, вот за каким делом… У Вас есть самолётик один… Ан-225, «Мрия» называется. Он у вас сейчас всё равно простаивает. А наша фирма может у вас его арендовать на очень длительный срок… И за хорошую плату, разумеется…

– Не сметь говорить со мной по-русски! Говорить только на нашем официальном языке! — этот Президент даже позабыл, что только что разговаривал со своим премьером именно что по-русски…

Ладно, по-хорошему они разговаривать не захотели. Ну, в таком случае, сами напросились…

– Вы хотите отдать нам ваш Ан-225…

– Я хочу отдать Вам наш Ан-225.

– Он у вас всё равно простаивает, а нам он пригодится…

– Он у нас всё равно простаивает, а Вам он пригодится.

– Вы закончите с Вашими русофобскими настроениями!

– Я закончу с нашими русофобскими настроениями…

– Вы прекратите нападать на Донбасс!

– Я прекращу нападать на Донбасс…

– Вы распустите все банды, которые называете добровольческими батальонами — и всех бандитов оттуда будут судить справедливым судом!

В общем, установок я дал этим горе-политикам очень много. Разумеется, всё это дело должно было закончиться не сегодня — и не завтра, но думаю, что к концу месяца, хотя бы следующего — этот конфликт должен будет завершиться. В крайнем случае, думаю, что вернуться сюда я всегда смогу…

Дождавшись, как Президент выпишет направление экипажу «Мрии» подчиняться мне и лететь туда, куда я прикажу, я вышел из резиденции Президента и отправился туда, где находился офис компании Antonov Airlines. Мне удалось довольно быстро найти общий язык с руководством компании. А уж когда я рассказал им, для чего мне нужен этот самолёт — руководство само пошло мне навстречу — оказалось, что они вплотную работали с Россией в программе МАКС, которая как раз и являлась логическим продолжением системы «Мрия-Буран», но в связи с событиями в Украине все работы были свёрнуты. Так что — поучаствовать в этой программе, хоть и в немного иной роли, им было только в радость. И, после моего предложения, в Кубинку решили лететь не только пилоты компании, но и всё руководство, которым было намного интереснее работать и заниматься делом, а не прыгать, демонстрируя всем свою русофобию. Сотрудники компании только попросили у меня небольшую отсрочку — забрать с собой семьи и близких людей. Проблем с этим не было — «Мрия» всё же реально — очень большой самолёт.

И ровно через сутки «Мрия» запустила шесть своих огромных двигателей — и начала предстартовые процедуры. Башня запросила цель полёта, я рассказал официальную версию — про фрахт самолёта крупной итальянской фирмой, так что разрешение на взлёт нам дали. А потом, когда «Мрия» оторвалась от полосы, первый пилот взял курс на Россию, на базу «Кубинка»…

И вот теперь всё было готово. У нас были два корабля, у нас был носитель и у нас была даже система дожигания. Второй экипаж у нас теперь тоже был. Это был совместный русско-казахский экипаж. В наше отсутствие они изучали системы управления «Бури». Нам дали неделю для того, чтобы научиться работать вместе. Я учил бортинженера разбираться с двигательными установками и термоядерным реактором. Второй пилот и я регулярно работали на тренажёрах и симуляторах, чтобы научиться более-менее прилично летать на «Буране». Я учился делать расчёт курса для гиперпрыжка на навигационном компьютере. Вроде пока всё получалось. Попутно я обучал штурмана второго экипажа. Но мне этого показалось мало — и я соединил оба навигационных компьютера в сеть — чтобы мои расчёты автоматически копировались в память компьютера «Бури». Это было очень удобно, если бы на ней пришлось срочно вылетать к нам на помощь.