Я умею плакать беззвучно - при Джеймсе по-иному никак нельзя. Сейчас ситуация похожая. Вырваться на свободу рыданиям не позволяю, но превозмочь поток соленой влаги явно не в моих силах.

– Успокойся, - просит Джаспер. Его слова плохо разбираемы за шумом крови в ушах.

Никак не реагирую.

– Уймись! – а вот это уже приказ. Игнорировать его никак не получится.

Сжимаюсь, послушно стараясь усмирить сознание. Надо прекратить. Потом, в спальне, в темноте, тепле и одиночестве можно продолжить.

Сейчас нужно прекратить.

Потом можно продолжить.

Помогает. Вдыхаю необходимый кислород полной грудью и отнимаю руки от лица. Поспешно стираю слезы тыльной стороной ладони.

Смотрю на телохранителя, ожидая дальнейшего приказа.

Пусть велит уйти. Прямо сейчас!..

– Я не хотел, - произносит он. Это извинение? Серьезно?

– Простите, - шепчу, подавляя очередной всхлип. Исподлобья гляжу на мужчину. Он выглядит озабоченным.

– Воды?

Киваю, прикусывая губу - глаза саднят от невыплаканной влаги.

Восстановить дыхание все еще не получается.

Глава охраны возвращается слишком быстро. Не проходит и минуты.

Длинный тонкий стакан, такой же, как в ту ночь, с Эдвардом, появляется передо мной.

Нерешительно обвиваю его, чувствуя весь холод стеклянной поверхности.

Вода лечит. Всхлипы полностью пропадают, нормальная циркуляция воздуха возвращается.

Осушаю весь стакан и только потом чувствую себя лучше. Терпимо.

Джаспер садится на свой стул. Его лицо ничего не выражает.

Дабы разговор опять не коснулся Джеймса, выпаливаю первое, что приходит в голову.

– Как ваша рука? – взгляд цепляет свежую белую повязку на ладони мужчины.

Будто бы только что о ней вспомнив, Хейл смотрит туда же.

– В порядке.

Ему явно не нравится обсуждать эту тему.

А мне белая повязка напоминает о кое-чем другом. Вернее, о кое-ком.

Сероглазая.

– Ваша подруга… - нерешительно шепчу, не решаясь произносить страшное слово, – она тоже…в порядке?

– Моя жена, - исправляет тот. А затем добавляет:

– В полном, - его лицо приобретает стальные очертания, - на Карибах ей ничего не угрожает.

На Карибах? Эдвард дал ей свое позволение отправиться туда?

– Мистер Каллен?..

– Само собой ему все известно, Белла, - мужчина смотрит на меня прищуренным взглядом с долей насмешки. Он всем видом показывает, что я не понимаю простейших вещей.

Отвожу взгляд, делая глубокий вдох. Обсуждать это странное существо у меня нет никакого желания. Зато удовлетворенно любопытство. Получается, мой похититель её не убил?

Очень странно…

Положительная динамика уверенно ползет вверх.

– Вы что-нибудь знаете о…

– Я много чего знаю, - Джаспер обрывает меня, не давая закончить – Но это вовсе не значит, что буду говорить об этом с тобой.

Прикусываю губу.

– Только один вопрос…

Хейл медленно качает головой.

Что же, значит, не судьба. Утыкаюсь взглядом в полированную деревянную поверхность, изучая, как блики с одинокой лампы переливаются на ней.

– У вас неверное впечатление, Изабелла, - напоминая о своем присутствии, говорит мужчина.

Поворачиваюсь к нему.

– О чем?

– О ком, - телохранитель держит небольшую паузу перед тем, как продолжить, – о мистере Каллене. Он не такой ублюдок, каким хочет казаться.

Позволяю себе усмехнуться.

– Он едва не убил вас, - напоминаю недавние события, пожимая плечами. Не хочу делиться с белобрысым своим мнением об Эдварде. Это слишком личное. И никого не касается.

– Он и тебя едва не убил, - оптимистично отзывается тот, - «едва» - не считается, Белла.

– Конечно, - закатываю глаза, оборачиваясь к молчаливой стенке. С ней обмениваться взглядами гораздо проще.

– Я не шучу, - Хейл вздыхает, привлекая мое внимание. – Дай ему шанс.

– Сколько он вам платит? – не выдерживаю, поворачиваюсь.

– За что? – Джаспер хмурится.

– За то, что вы восхваляете его передо мной.

– Не все в жизни измеряется деньгами, Белла, - телохранитель смотрит на меня с нескрываемым отвращением. Похоже, я сейчас составлю о себе неправильное мнение.

Дернул же черт за язык.

– Я тоже так считаю…

– И при этом несешь всякую ерунду?

Молчу. Ответить нечего.