– Обещай мне, Лек…

Женщина задрожала, с трудом втягивая в грудь воздух и звучно выдыхая.

– Обещай мне любить. Ты, рожденная в любви, потому и Бог хранит тебя, он будет хранить твоих детей, если ты будешь любить их отца так же, как я любила Айвана.

– Мама…

Ленкара соскользнула с кресла, падая на колени у кровати.

– Обещай, что будешь любить, кем бы он ни был.

– Мамочка…

Ленкара понимала, что темная тень в глазах матери была уже не той, что нашла на них прежде, что она, наверно, уже не слышала ее, но все еще говорила:

– Твое сердце тебя не обманет, верь ему.

Слабая рука женщины скользнула по плечу Ленкары и упала на кровать. Свет серых глаз угас, а Ленкара, с силой зажав себе рот, разрыдалась. Она хотела только одного: не кричать на весь замок от горя, от боли и ужаса, понимания, что ее мать пришла в себя только чтобы ответить на ее зов, просто потому что Снежный Бог действительно любил ее старшую дочь.

Утром следующего дня Ленкара точно так же зашла ранним утром в спальню матери, только теперь уже молча, распахнула окно и посмотрела на хмурое небо. Понимая, что ясного дня сегодня не будет, она вздохнула и шагнула к креслу.

Ее отец лежал на кровати и просто смотрел в стену, но, увидев дочь, все же сел. Обычно строгий и сдержанный Айван сейчас был явно хмур.

– Она, правда, очнулась? – спросил он у дочери очень тихо.

– Да, - ответила Лека, садясь в кресло.

Ей было странно видеть отца таким. Впрочем, она знала, что ее родители действительно любили друг друга. Даже тот факт, что ее отец был королевского рода, а мать из обедневшей знати, не могли изменить того, что Ленкара видела своими глазами. Ее родители никогда не прикасались друг к другу при ней, лишь изредка она видела, как мать коротко пальцами касалась отцовской руки, но в этот момент ее отец смотрел на мать так, что все вопросы отпадали сами собой. Слишком теплым и выразительным был этот взгляд. Теперь же он был печальным.

– Она сказала, что любила вас, отец, - произнесла Ленкара тихо, надеясь, что ей удастся поговорить с отцом.

Вчера было не до разговоров, даже не до размышлений о последнем материнском наказе. Церемония погребения давно забытой двором королевы Вейлары прошли тихо, скорее по-семейному. Ее тело оказалось под каменной плитой в фамильном склепе. Кто-то из слуг поплакал, но больше всех рыдала Вивьен. Ленкара же не позволила слез при свидетелях, так же, как и ее отец. Вот только принцесса долго плакала после церемонии в одиночестве, а Айван провел ночь в спальне жены, не смыкая глаз.

Теперь же отец и дочь смотрели друг на друга, понимая, что не были готовы к подобной утрате. Они оба знали, что Вейлара уже не поправится и не вернется к ним, но пока она была здесь, холодная, но живая, тот факт, что она была, утешал обоих, теперь же ее не хватало.

– Можно я спрошу? – заговорила Ленкара несмело.

Король кивнул, глядя куда-то в пол.

– Почему я не могу выбрать мужа сердцем? – спросила принцесса, собравшись с духом.

Король сразу поднял глаза.

– Потому, что твое сердце явно не понимает, чего хочет, - хмурясь, ответил Айван.

– Я сейчас говорю не об Эеншарде Клен Дерва, - строго сказала Ленкара. – Я никогда не говорила, что выбираю его. И мой вопрос сейчас только в одном: почему я должна выйти замуж за человека, которого не люблю?

Айван стал совсем хмурым.

– Ты сейчас дерзко используешь смерть собственной матери, чтобы убедить меня в неправоте, и это низко, Ленкара!

Принцесса прикрыла глаза, пытаясь придумать достойный ответ, и не могла, понимая, что в некотором роде отец прав, и она прямо сейчас надеялась, что он поймет ее, вспоминая о своих чувствах.

– Ты выйдешь замуж за Леклота, потому что тебе давно пора выйти замуж, потому что нет тебе доверия после связи с этим проклятым эштарцем, потому что я уже дал свое согласие на брак твоей сестры и Олина Ливеля! Ясно?

У Ленкары задрожали губы, но она все же ответила, глядя отцу в глаза:

– Ты хочешь, чтобы я прожила жизнь с нелюбимым человеком только потому, что моя сестра встретила свою любовь, и будет дурным тоном, если ее помолвка состоится раньше моей? Только поэтому я должна обещать себя человеку, на которого сложно смотреть без смеха?

Айван не выдержал и ударил дочь по лицу, вскакивая на ноги. Пощечина, хоть и несильная, отрезвила Ленкару. Теперь она окончательно поняла, что зря даже пыталась поговорить с отцом.

– Насколько я знаю, ты получила приглашения в замок Лирю, вот и поезжай туда и больше никогда не смей говорить о любви, ты ничего о ней не знаешь!

Король ушел, оставляя дочь одну.

– И не узнаю, - ответила тихо Ленкара, стараясь не плакать.

Впрочем, она и так понимала, что ей придется посетить Леклота, только она все же надеялась, что успеет дождаться своих посланников из Эштара, которых не было уже слишком долго. Да и слухи подозрительно молчали. Она все же понимала, что если бы вдруг Эеншарда казнили, об этом уже пошла молва, но ведь его могли бросить в темницу и забыть о нем, тогда тишина столь странная была бы разумной. Долина обеспокоена угрозой новой войны. Правителям нет дела до какого-то третьего принца, всех волнует, будет ли Эштар захватывать земли дальше, или берега Белого моря им хватит.