— А что если надеть на Живоглота уздечку?

— Зачем? Ему тяжело будет летать.

— Зато не сбежит. Неужели ты веришь, что он будет совершать подвиги ради тебя? Хозяин-то его уже освободился!

— Освободился, как же! — огрызнулся Бор, продемонстрировав тонкий гоблинский слух. — Пока Эрлин жив, он нас всех в кулаке держит. Захочет — обратно на меня заклинание перекинет. А он, между прочим, приказал убить тебя, как только ты прикончишь последнюю нежить. Думаешь, чего я на тебя орал?

— Трусливый слизняк! Я его на поединок вызову!

— А он на тебя заклинание перекинет. Сама себе горло перережешь.

— Нам надо держаться вместе, — твёрдо сказал Лейн. — Заклинание мгновенно не перекидывается. Двое одного успеют остановить.

Дилла стиснула виски. До чего же нелепая ловушка! Должен быть какой-то другой выход. Довериться коту — это полное безумие! Он просто улетит куда подальше, наплевав на них!

— Не улетит, — тихо сказал Лейн, каким-то образом угадав её мысли. — Химеры славятся своей верностью.

Живоглот, всё это время угрюмо следивший за суетой на поляне, встал и прошествовал к Лейну. Обнюхал его руки. Усы котоящера брезгливо дёрнулись. Он отвернулся и зевнул.

"Помнит ли он, что Лейн спас ему жизнь? — подумала Дилла. — Или забыл, как только сбросил ошейник?"

— Готово! — радостно завопил Диви.

Наспех установленная палатка шаталась, но не падала, даже когда в нее кроме Диви залезли Лейн и Живоглот. Для Бора и Диллы места уже не нашлось, так что они остались снаружи, напряженно прислушиваясь к голосам, доносившимся изнутри.

— Живоглот, ты где хочешь оказаться?

— Ду-ома… На кр-рыше!

— А где это?

— Проклятье! Надо выбрать место, которое мы все трое знаем!

Наступило молчание. Дилла переглянулась с Бором.

— Диви бывал в городе?

— Нет, Хофган не выпускал его за ворота.

Дилла откинула полог и заглянула в палатку.

— Диви, ты помнишь Дерево, которое тебя поймало? Отправьте Живоглота к нему.

— Оно злое! — Диви обхватил Живоглота на шею. — Оно его съест!

— Не успеет, если он сразу взлетит.

— Хорошая идея… — одобрил Лейн. — Только сначала надо набрать листьев с Древа жизни. Пусть Живоглот отнесет их тому Дереву.

— Зачем? — спросила Дилла.

— Мне кажется, — Лейн пытливо посмотрел на Бора, — что эти два дерева — суть одно целое, я прав?

— Не совсем. — Гоблин почесал вздёрнутую бровь. — Не сумею я тебе как следует объяснить. Я в дела богов не мешаюсь. Знаю только, что не деревья это, что было их три, и что корень у них и вправду один. Третье росло на той стороне леса, оно сгорело. Я думал, что и второе тоже. Не знаю, как оно умудрилось стать невидимым. И почему хищничает, тоже не знаю. Раньше такого не было.

— Правда? — У Лейна азартно заблестели глаза. — Живоглот, что ты сидишь? Нарви листьев побольше! Надо восстановить между ними связь!

— И что это даст? — засомневалась Дилла.

— В худшем случае — ничего. В лучшем — у нас появится тайный союзник по ту сторону границы. Оно ведь о чём-то таком намекало… А давайте все к нему пойдём!

— Слишком рискованно, — остудила его пыл Дилла. — Вдруг Кедар уже поблизости?

— Точно, — поддержал её Бор. — Сидим здесь, пока сидится.

"Ты мог сбежать на Дороги, — подумала Дилла, по-новому рассматривая старого гоблина, — однако остался и даже посылаешь своего любимого Живоглота рисковать ради Лейна. Либо у гоблинов и впрямь имеется честь, либо… Либо ты ведёшь свою собственную игру".

***

Сотня стражников — это немного, даже если они все — закаленные в боях ветераны. Но поднимать ополчение Кедар не решился. Нельзя сбрасывать со счетов Умалившийся народ. Любое изменение в заклятиях вокруг Проклятого леса они почуют даже в далёких горах. А перемещаются нелюди очень быстро. Кто будет защищать Дробул, если снова начнётся война?

В городских воротах Кедар обернулся, оглядывая своё войско. Никто не отстал, шагают бодро, у каждого, кроме меча и щита, факел. Пока что зажжены только десять, чтобы освещать дорогу. Кедар предпочёл бы передвигаться в темноте, но огонь подбадривает людей.

По флангам шагали лучники, в арьергарде вели шесть коней. Больше заговоренных уздечек в казне не нашлось, а без них лошади перепугаются пожара и понесут. Придется разделить эту шестерку пополам — одну тройку всадников повести самому, другую доверить Эрлину.