Шрифт:
Люция заткнула рот, сглатывая желчь. Она и не знала, что если бить террина обычным предметом, окутанным магией, — сумеешь прорвать плоть, как близаром. Но не убить. Нееет. Лишь помучить.
«Ужасно», — с содроганием подумала она.
Ноги и плечи Далеона мелко дрожали. На крепких руках и шее от натуги выступили вены. На бледном лбу появилась испарина. Но шестой нашёл в себе силы молча оттолкнуться от стола, вздернуть подбородок, по которому бежала кровь от прокушенной губы, и… покачнуться.
Тут старший брат схватил его за плечо и громко зашипел в заострённое ухо:
— Я надеюсь, однажды, ты отплатишь мне за эти уроки. А пока иди, залижи в одиночестве ранки, чтоб никто не узнал, как ты ничтожно слаб.
Развернулся и вышел. Дверь скрипнула и захлопнулась.
Далеон со стоном сполз на кафель и прикрыл веки. Сидел так долго.
«В обмороке?» — испугалась Люция.
Она боялась не вовремя покинуть укрытие и выдать себя. Боялась, что шестой принц узнает, услышит, кто был здесь и видел его позор. Боялась, что Кейран вернётся.
Возможно, Далеон тоже этого опасался. Он вдруг вздрогнул, поднялся, кряхтя и матерясь под нос, нашёл на ощупь свою чёрную рубашку, морщась, натянул и покинул кабинет.
Люция вздохнула с облегчением.
Навострила ушки, выждала для верности пару секунд (стоило бы больше, но нервишки сдавали), и, шелестя бурыми тюлевыми юбками, выползла на середину комнаты. Оглядела уже то, на что насмотрелась утром, и подошла к столу.
Герцог дал ей проверочное задание — найти любой компромат на Кейрана в ближайшее время. Она не стала долго мять булки и проникла в «святая святых» пока первый принц так удобно сидел на Собрании лэров.
Он никогда их не пропускал.
Он рассчитывает стать наследником.
Люции так-то плевать с большой колокольни, кто будет править. Руби ещё слишком мал, чтоб вступать в схватку за престол и исполнять её план, а другие кандидаты её не волнуют. В её глазах, все Ванитасы одинаково плохи.
Ей главное Магнусу отомстить, пока они переделом власти занимаются.
Люция бегло осмотрела вскрытые письма на столе, стараясь не дышать на них лишний раз и тем более — не нарушить порядок. И тут её взгляд наткнулся на мизерикорд.
Кинжал манил, притягивал взор. Снова и снова. Пока Люция не решилась его схватить. Ощутить приятную тяжесть в руке. Оценить, как чётко рукоятка легла в ладонь, будто была создана специально для неё. И понять, что больше не расстанется с ним.
Кейран оставил оружие для Далеона. Принц подарок забыл или специально не взял — не суть. Главное, никто не станет его искать.
А Люция возьмёт. Ей клинок из близара очень нужен.
Она приоткрыла ножны. Синие восторженные глаза отразилось в мерцающей стали как в зеркале.
Зловещий оскал исказил губы.
Теперь не она будет бояться терринов. Теперь они будут её бояться!
Люция кое-как засунула кинжал в корсет меж грудей и прикрыла остатки рукоятки белым жабо. Выглядело не очень и довольно подозрительно, но до покоев потерпит.
Она обошла стол, снова углубилась в рабочие бумаги и тут заметила, что ящик-то открыт. Кейран оставил ключ в замке, когда вытаскивал кинжал.
Коварная улыбка наползла на лицо. Люц прикусила нижнюю губу и залезла в тайник. Там лежал всего один вскрытый розовый конверт с золотым тиснением. Герб на алой печати показался смутно знакомым.
Люция подметила, как послание лежало, осторожно вытащила надушенное парфюмом письмо и развернула.
«Дорогой брат!
Твоя просьба удивила меня, ведь мы давно не общались, и я уж думала, ты позабыл о любимой сестре и живёшь счастливо с какой-нибудь достойной лэрой. Рада, что ошиблась, а ты всё так же неизменно холост и жаден до власти. Дни в разлуке с тобой казались пыткой… Впрочем, оставим это — знаю, ты терпеть не можешь сантименты.
В общем, я достала нужный тебе ингредиент. Подняла архивы, использовала связи и взрастила его своими заботливыми ручками. Догадываюсь, ты вспомнил обо мне только из-за редких способностей и матери-дриады в предках, но мне нравится тешить себя иллюзией, что дело в нашем общем прошлом.
Посылку я отправила через Гильдию, от подставного лица. Мой олух-муж так и не понял, что я выращивала в подвале и почему тот «случайно» сгорел. Так что не волнуйся: никто и никогда не свяжет мою деятельность с тобой.