– Не вышло.

– Именно так, а значит, очень скоро сюда придут более опасные противники. Наш враг наступает на ряде важных участков, позволив себе не обращать пристального внимания на точки малозначимые. Несмотря на мою в высшей степени экспрессивную манеру представления, владыка Тёмного Леса вряд ли знает о появлении некоего Убийцы Чудовищ у порога его дома. Это даст нам некоторое время более-менее спокойной жизни и позволит получить первый опыт ведения боевых действий в краю лесов.

И, точно подтверждая его слова, топоры дружно ударили по древесной плоти.

***

Много ли могут нарубить несколько сотен человек, работая посменно, за несколько часов?

На самом деле – да, много, очень много!

Мы вгрызались в лес подобно термитам-переросткам, стремительно зачищая пространство вокруг себя. Поджог был нужен лишь для того, чтобы выманить всех защитников этого участка, и теперь, когда тем нечем было обороняться, пока не пришли подкрепления, мы нагло и бесцеремонно пользовались их слабостью, чтобы построить самый настоящий форт.

Деревья падали одно за другим, после чего лошадьми мы оттаскивали их к месту работы, удаляли ветви, кидая те в гигантский костёр, долбили мёрзлую землю и вгоняли в неё толстенные брёвна. То есть делали ровно то, чем занимались и метсаны в их странной лесной войне – закреплялись на очищенной пламенем территории, расширяли её, истребляли источник силы врага.

Но при этом – не открывали и десятой части своих возможностей.

Нужно было усыпить бдительность, выиграть хотя бы пару суток до прихода вражеских подкреплений, чтобы превратить частокол в полноценную стену. А потому все мы – и я в том числе – изрядно помахали кайлом, порубили топором, поработали пилой.

Я целые сутки проходил под усилением, накладывая его сразу же после спадания предыдущего, и это позволяло впахивать за десятерых!

Скажу честно, не так я представлял себе войну, но противиться воле Иоганна даже не подумал. Он лучше знал это странное место и по какой-то причине не желал постоянно ночевать в лагере метсанов. Что ж, ему видней.

Севернее и южнее громыхали разрывы, в небо устремлялись всё новые и новые столбы дыма, а мы работали точно заведённые.

Трое суток нам дали враги, и за это время форт был почти достроен. Все плюнули на дома, зато внешние укрепления вызывали гордость за нашу расторопность. Не просто частокол, но древо-земляная стена, перед которой прорыли изрядной ширины ров! Да, никаких башен выстроить мы не смогли, но зато разместили четыре мощных смотровых вышки, на которых постоянно дежурило по нескольку человек.

И в этот форт мы – спасибо Киану – переместили все припасы до того, как началось по-настоящему.

Это случилось утром четвёртого с момента прибытия на передовую дня: разведчики Фаррела вернулись с безрадостным докладом – на нас надвигается целая армия, и на сей раз враги куда опасней, нежели кучка демонических зверей.

Узнав об этом, Иоганн приказал поджигать весь лес, который получится, а после укрываться на стенах форта. Вернее, на стены должны были взойти стрелки. Все бойцы ближнего боя выдвигались вперёд и как-то так получилось, что я не просто попал в их число, но и получил почётное место в первом ряду.

Справа встала Фотини, слева, подвинув Морвин - сотник Тармо. Он хмуро зыркнул на меня и сказал:

– Хочу посмотреть на искажённых в бою. Интересно, на что вы годны.

Его огнемётчики, как ни странно, не прятались за стенами форта, они прямо сейчас пробирались вперёд, разойдясь тонкой линией и выставив оружие, готовые обрушить на врагов пламя.

И враги не заставили себя должно ждать – из чрева пылающего леса на вырубку стремительно вырывались сотни рабов великого духа.

Людей с кожей-корой я узнал сразу. Они бежали на нас плотной толпой, сжимая в руках копья и топоры. А по флангам зелёным ковром стелились местные гоблины – полуголые коротышки, потрясающие весьма неплохими на вид копьями и кинжалами.

Ни винтовок, ни магических жезлов, ни даже арбалетов я не заметил, а вот луков было изрядно, правда, чтобы достать до нас из них, им пришлось бы пройти добрую половину пропалины под ураганным огнём, отчего вся эта атака выглядела столь же странно, как и прошлый набег зверей.

Вот только на самом деле в этом имелся смысл – пехоте Лесного Царя предстояло стать пушечным мясом, живым щитом, что позволит добраться до нас по-настоящему сильным и опасным врагам, бежавшим позади них.

Чёрные, как ночь, с кроваво-красными глазами, мерцающими в вечерних сумерках, эти волкоподобные существа неслись на четырёх могучих лапах, оглашая окрестности диким воем, от которого кровь стыла в жилах. По-крайней мере, должна была – Щит Разума надёжно оберегал меня от ментальных атак, даруя покой и уверенность.

Они не были волками, а родились людьми, но предали свой род, переметнулись на сторону Лесного Царя, приняли его власть и его благословение, получили его силу. Теперь они оборачивались лишь в чёрных волкоподобных монстров, никакая другая звероформа, как объяснял Иоганн, им больше не была доступна, но за это изменники получили великолепную регенерацию, близкую к моей, чудовищную силу, почти полную нечувствительность к боли. И долгую жизнь!

Предатели стали живым оружием Лесного Царя, его козырной картой, его гвардией, одним из лучших доводов в войне против Метсы. И теперь полная сотня кошмарных волколаков, точно сошедших с экранов классических фильмов ужасов, стремительно надвигались на нас, превосходно скрываясь в море зелено-коричневых тел.