— У тех, кто разговаривает со мной грубо, обычно есть ровно три секунды на

извинения или попытку убежать, чтобы не получить в зубы.

— Мои три секунды вроде уже прошли, — произнёс Берн и задумчиво

пошевелил челюстью. — Но зубы ещё на месте. Странно.

— Ты не входишь в категорию людей, которым я бы хотел выбить зубы или

раскроить череп.

— Э-э, спасибо?

— Если ты не заметил, то я с самого начала знакомства многое тебе прощаю.

Необычайно мягок к тебе, сам удивлён.

— Э-э, большое спасибо?

— Возвращаясь к тому, что ты недавно хотел сказать…

Бернард ухмыльнулся, вопросительно и лукаво приподняв брови.

— Ты в одежде это делать собираешься? — спросил Юэн, потянувшись к

пуговицам на его рубашке.

— Что «это»? Не знаю, что ты там надумал, но я хотел сказать расцеловать.

Дикое желание тебя расцеловать.

— Ла-адно, — протянул Юэн с ухмылкой. — Я вовсе и не против.

— Знаю.

— Но если мы будем целоваться на кровати в одежде, то придётся заново

отпаривать брюки и рубашки.

— Что предлагаешь? — низко прошептал Бернард, делая вид, будто не он пару

минут назад пытался раздеть Юэна.

Скользнув кончиком языка по своим губам, Юэн приподнялся и завалил Берна

спиной на кровать, вновь оказываясь над ним. Склонившись к его лицу, он

потёрся носом о подбородок, жарко выдохнул и прикусил ткань рубашки ниже

воротника.

— Ты… только что расстегнул пуговицу языком? — удивился Бернард.

— Ага, — усмехнулся Юэн. — Но если быть дотошным, то не только языком, а

ещё губами и зубами.

— Ты, однако, полон талантов, — улыбнулся Бернард и, положив руки Юэну на

ноги, мечтательно на него посмотрел. — Тебе так идёт классический стиль.

Потрясающе выглядишь.

— Та-ак, — протянул Юэн. — У Берни началась стадия комплиментов. Хочешь, чтобы я засмущался?

— Ты уже немного покраснел, — с улыбкой и важным видом заявил Бернард.

— Я покраснел? — рассмеялся Юэн. — Ты так соскучился по проявочной, что

тебе сейчас всё в красном свете мерещится.

Бернард тоже рассмеялся, оценив шутку. Юэн опустился ему на бёдра, чувствуя

как ткань брюк натянулась на ягодицах.

— Тебе тоже идёт классический стиль, — сказал он, затем помотал головой. —

Нет, не так. На самом деле в светлой рубашке с расстёгнутой верхней пуговицей, с этой своей лёгкой холодностью на лице и чуть загоревшей кожей ты выглядишь

не просто хорошо, а до головокружения сексуально.

— Правда?

Юэн закивал.

— Загадочная магия классического стиля одежды.

— Похоже на обмен комплиментами.

Бернард потянулся к прикроватной тумбочке, взял свои очки и надел их.

Опираясь на одну руку, он приподнялся и немного взъерошил другой рукой

волосы.

— А так? — спросил он бархатисто.

Прислонив руку тыльной стороной ладони к губам, Юэн деловито прокашлялся.

— Хо-хо-хо, — на выдохе произнёс он.

Чуть растрёпанные волосы, очки и расстёгнутая рубашка придавали Берни ещё

более горячий вид. Черты лица его обострялись, даже цвет глаз становился будто

бы глубже. Юэн громко выдохнул и хлопнул себя по бёдрам.

— Так, знаешь что? — громко заявил он. — Нам нужно срочно выходить. Иначе

мы никуда не попадём.

Бернард улыбнулся, обнажив краешки зубов.

— Если бы мероприятие не было таким важным, я бы безусловно соблазнился.

Опустив руки Бернарду на плечи, Юэн прижал его к кровати и склонился близко

к лицу.

— А вот после, — зашептал он с хрипотцой, — можно делать что угодно, —

Берн выдохнул и потянулся к его губам, но Юэн лишь дразняще клацнул зубами.

— Хоть просто смотреть сериалы до утра и объедаться чипсами.

Он слез с кровати и, помотав головой, смачно хлопнул себя по щекам.

— Вот это сила воли, конечно!

— Ю.

— Да? — обернулся Юэн.

Поднявшись с кровати, Берни протянул ему галстук-бабочку.