В голове у Славянки, где и без того царил полнейший хаос, окончательно все перепуталось. Какая еще сестра? Не было у него никакой сестры!

— Ты не могла об этом знать, — Лизанька снова потянулась за шампанским, но увидела, что бутылка уже пуста. — Он и сам об этом не знал. И я тоже. Об этом знал только мой отец. А когда узнали всё, было уже поздно. Он едва не проломил голову моему отцу, переломал руки четверым охранникам и куда-то исчез с чемоданом и десятью миллионами баксов наличными.

— Так это были деньги твоего отца? — тихонько спросила Славянка.

Лизанька покачала головой:

— Вряд ли… Понятия не имею, откуда взялись эти деньги. Знаю только, что, когда отец очнулся, он совсем не огорчился из-за этой пропажи, а только посмеивался и злорадно повторял каждую минуту: «Хотелось бы мне видеть лицо Магистра, когда он откроет чемодан и увидит, что там только деньги, всего лишь деньги…» Видимо, в чемодане этом было что-то ещё, гораздо более ценное, но я не знаю, что это такое… И я не знаю, кто такой Магистр…

— Это человек, у которого мы с Вепрем украли чемодан, — сказала Славянка.

Лизанька долго смотрела на нее, сделав каменное лицо. Потом на девичьих щеках появился легкий румянец, Лизанька поднялась с кровати, подошла к Славянке и, по-прежнему не отводя от нее взгляда, взяла за руку.

— Значит, ты видела этот чемодан до того, как он попал к моему отцу? — спросила она. — Значит, ты знаешь, что было в нём кроме баксов?

Славянка прищурилась, выдерживая ставший вдруг абсолютно трезвым взгляд Лизаньки Ли-вергант. Потом отцепила ее руку и отвернулась:

— Да, я это знаю. А зачем тебе это?

— То есть как это, зачем? А тебе не хотелось бы взглянуть на вещь, которая стоит в сотни раз дороже, чем чемодан с десятью миллионами. Отец отказался отвечать на мои вопросы… Уговор: ты говоришь мне, что было в чемодане, а я беру тебя с собой к Вепрю, идёт?

— Идёт, — тут же согласилась Славянка. — Но учти, тебе это мало что даст… Послушай, — в душу к ней закралось любопытство, — а зачем тебе понадобился Вепрь?

— Зачем? Он мой брат, понимаешь? Мы с ним одной крови. Я всегда хотела, чтобы у меня был старший брат, а тут вдруг в одночасье моя мечта исполнилась. Ты узнаешь вот это?

Лизанька сняла с шеи золотую цепь, на которой, как кулон, висел большой мужской перстень, украшенный крупным бриллиантом, — Вепрь подарил ей его той ночью на «Рылееве».

— Это перстень Сергея. Откуда он у тебя?

— Он сам мне его подарил… Я ведь говорю тебе — он мой брат, и я уверена, что он хочет встретиться со мной не меньше, чем я с ним. А тебе он зачем нужен? Любовь? Тогда колись насчёт чемодана.

Славянка наконец решилась:

— Тебе известно, что такое диски CD-ROM? Это лазерные диски с данными — всякие там справочники, библиотеки, компьютерные игры… Сейчас это модно…

— Пожалуйста, не надо мне объяснять, что такое мультимедиа, это элементарные вещи. Я могу показать тебе диск с таким порно в интерактивном [1] режиме — ты спать не сможешь… Продолжай дальше, не отвлекайся.

— Так вот, в чемодане был портативный компьютер и компакт-диск к нему.

— А что на диске?

— На диске? М-м-м… Тебе понятие «База данных «Прелесть» о чем-нибудь говорит?

— Абсолютно ни о чём. А что это за база данных?

— Не знаю. Диск требует кодовое слово, а мне оно неизвестно. Но, по всей видимости, что-то невероятно секретное и ценное.

— А где сейчас этот диск? У тебя?

Закусив губу, Славянка пристально посмотрела на Лизаньку. Та ждала, приоткрыв рот от нетерпения.

Стоило ли раскалываться перед ней? Имело ли смысл посвящать ее в тайну, из-за которой могут просто-напросто пустить пулю в затылок? А что, если она солгала? Никакая она не сестра Сергею, и нужен он ей не из сестринской любви, а как раз из-за этой «Прелести»?

Впрочем, вряд ли. На её лице все читается с такой ясностью, как на экране того самого ноутбука. И всё же Славянка затаилась:

— Тебя это абсолютно не касается. Отвези меня к Вепрю, и мы с тобой расстанемся друзьями. У нас ведь был уговор, или уже забыла?

Вепрь знал, что всё пройдет гладко. У него всегда всё получалось за редкими исключениями.

Через час Шершень сообщил, что у него все готово к приёму дорогих гостей.

— Сорок третий километр по Алтайскому тракту, — говорил он. — Старая дача родителей Машеньки Лис… Кругловой. Помнишь, куда мы ещё при Винте на шашлык ездили?