Вепрь мотнул головой, чтобы прогнать совесть прочь.

— Вот что я вам скажу, граждане, — сказал он. — Раз уж судьба свела меня с вами и в моих силах помочь вам, я помогу. Вы, главное, не теряйте присутствия духа.

Родители с надеждой посмотрели на гостя, Вепрь достал сотовый телефон и с деловым видом набрал номер.

— В наше время любой порядочный бизнесмен обязан поддерживать связь с определёнными кругами, — пояснил он, подмигнув хозяину. — Не то он очень быстро перестанет быть бизнесменом.

Шершень выждал условленные пять звонков и только тогда включился.

— Алло, Олежка, это ты?

Спектакль начался.

— Олежа, как хорошо, что я застал тебя дома.

Шершень был вовсе не дома: в последние дни он вместе с Соней жил в отеле.

— Ты в курсе, Олежа, что приближается восемнадцатое число? Да, да, мой дорогой друг, тот самый день, который я обвёл в своем календаре красным кружочком. У тебя есть чем порадовать старого приятеля?

Своим небольшим монологом Вепрь давал понять родителям, что некий Олег брал в долг у него, Владимира Русецкого, круглую сумму. И он намекал своему должнику, что в деньгах этих крайне нуждается.

Но… Он, Володя Русецкий, вполне мог бы и подождать, скажем, пару месяцев в обмен на небольшую услугу, которую Олег может ему оказать.

Что за услуга? Ничего сложного. Записывай или запоминай, как тебе удобнее. Виктория Курженко, пятнадцать лет, в воскресенье около семи часов вечера ушла из дома и не вернулась. Советский район, улица Грибоедова. Крашеная блондинка, на подбородке ямочка, рост… Какой у нее рост, Антонина Васильевна?

— Метр шестьдесят пять.

— Сто шестьдесят пять. — Представив себе ухмылку, с какой Шершень выслушивал его монолог на том конце провода, Вепрь сам мысленно улыбнулся. — Нет, — продолжал он. — Гарантировать, что она не пьянствует где-нибудь в компании, не могу. Но родители утверждают, что раньше такого не было. Да, я вполне согласен с тобой, что она могла бы и начать, я это проверю сам, а ты проверь по своим каналам, договорились? Я буду ждать твоего звонка.

Вепрь отключил телефон и посмотрел на притихших родителей. Весело им улыбнулся.

— Не расстраивайтесь так. Думаю, что всё будет в порядке. Отыщется ваше чадо. А пока что у вас кофейку не найдётся?

— Ой, Володенька! — заголосила хозяйка. — Да мы для вас всё, что угодно!.. Вы только девочку нашу найдите, доченьку на-а-шу!

— Хватит! — оборвал её муж. — И мне тоже кофе сделай…

Соскочив с кушетки, хозяйка кинулась в кухню. Курженко прокашлялся. Оптимизм Вепря передался ему, и теперь хозяину даже было стыдно за свою слабость.

Он искоса посмотрел на Вепря виноватым взглядом, но, встретив приветливую улыбку, моментально успокоился. Он и подумать не мог, что человек может улыбаться не только оттого, что испытывает дружеские чувства к своему собеседнику.

Вепрь продолжал улыбаться, думая, однако, совсем о другом. Он вспоминал о том, что произошло с ним сегодня утром и как это может повлиять на дальнейшее развитие событий.

А произошло следующее.

Олег позвонил ему рано, в начале седьмого, он еще сладко спал, утопая в перине, заботливо взбитой Олей с вечера. Вепрь нащупал на тумбочке «моторолу» и, не открывая глаз, включил телефон. Однако слова Олега разогнали сон в одно мгновение.

— К тебе направляется Басмач, — без приветствий и предисловий, как у них было принято, сообщил он. — Почему-то он очень зол на тебя и, похоже, хочет тебя пристрелить. Что ты ему сделал, Вепрь?

— Ничего особенного. Просто мне в тот момент хотелось кого-нибудь раздавить, и под каблук попался Басмач. А где ты его видел?

— Я у дома Святого, здесь полно народу, несмотря на рань.

Вепрь понимающе почмокал:

— Ага. Значит, это уже случилось…

— Так ты уже в курсе? — удивился Олег.

— В курсе чего?

— Дом Святого кто-то подорвал. Взрывное устройство, вероятно, было подложено прямо в спальне, потому что от самого Святого не осталось ровным счетом ничего. Одни кишки на стенах…

— И цепь…

— Что ты сказал?

— Нет, ничего, продолжай.

— Так вот, я встретил там Басмача. Он был накокаиненный и орал всем встречным-поперечным, что убьёт тебя. Одно непонятно, при чём тут ты?.. Или все-таки при чём?

— Брось, Олежа, это не в моём стиле. Просто Басмач очень глуп.

— Он вооружён. Минуту назад он сел в тачку и куда-то срулил. Мне почему-то кажется, что он поехал убивать тебя.

— Да, мне тоже так кажется. Спасибо, Олежа. Я перезвоню тебе.

Он отложил телефон и, отбросив одеяло, сел на кровати.

Быстро одевшись, он взял из тумбочки басмачевский «глок», тщательно его проверил. Засунул его за пояс брюк и вышел на кухню.

Оля, собираясь на работу, готовила завтрак. Она до сих пор работала всё в той же школе. За эти годы успела закончить педагогический институт и преподавала теперь свою любимую историю. Замуж она так и не вышла. Несколько раз у нее было нечто похожее на любовь, но ничего серьёзного так и не получилось. А потом у неё родилась Аня, и все мысли о замужестве пришлось оставить, потому что с тех пор у неё стало два ребёнка. Аня и Сергей. О существовании человека по кличке Вепрь Оля ничего не знала, и Сергею очень не хотелось, чтобы это когда-нибудь произошло.