– Если бы ты не забрала Эмили, да. Даже больше.

Эмма долго молчала.

– Как Александр и Морган?

– Немного ошеломлены и немного растеряны. Я думаю, с ними все будет хорошо.

Эмма кивнула, не глядя на Маргарет. Для нее оказалось важным видеть, быть свидетелем событий, которые она запустила. Она не сожалела об этом. Она не сильно изменилась. Или может быть, она изменила бы все, если бы знала как.

Эндрю Копис все еще был бы жив. Ее отец сейчас был бы жив. Натан был бы жив. Люди вроде Чейза и Эрика были бы безработными.

Но, в конце концов, жизнь шла не этим путем. Ты переживаешь это, а она продолжается вокруг тебя. Если повезет – и, подумав об этом, она снова обняла Эллисон – когда это случится, рядом с тобой все еще будут твои друзья. Ей пришлось отпустить Эллисон, потому что ребенок кричал во всю глотку, а если Эллисон укачивала его, то он успокаивался. Но все же не засыпал.

– Я думаю, что он голоден, – сказала Эллисон Эмме.

– Прямо сейчас мы ничего не можем сделать с этим.

Когда Лонгленд, наконец, упал, она посмотрела на окна спальни.

– Мария, – сказала она тихо. – Мы поищем лестницы и спустим вас вниз. Мне кажется, ребенок голоден, а мы потеряли сумку для пеленок.

Высоко над своей головой Эмма услышала смех Марии Копис. Это не был совершенно беспечный смех, но в нем слышались нотки веселья, вместе с облегчением и легкой истерией.

Эрику хватило ума стереть с рук кровь, прежде чем приблизиться к ним. Чейз? Ну, это был Чейз. И выглядел он плохо: его лицо было сплошь покрыто волдырями, и Эмма подумала, что и остальные части его тела – к счастью скрытые одеждой – выглядели также.

– Твои бедные волосы, – мягко обратилась она к нему. – На твоем месте, я бы сделала им одолжение и полностью сбрила бы их.

Он поднял руку и коснулся своих волос, потому что его волосы, в отличие от кожи, просто свернулись и свалялись.

– Эллисон, – Чейз произнес это слово вопросительно.

Эллисон глубоко вздохнула и кивнула.

– У меня все хорошо. Я, – добавила она, взглянув на Эмму, – в порядке.

– Ты? – Спросил Эрик Эмму. Он направился к ней и стал рядом с Эллисон, но немного ближе. Это было немного странно, но Эмма видела уже так много странного, что не обратила на это внимания.

– Я буду чувствовать себя лучше, когда найду остальных друзей. И сумку для пеленок, – добавила она, вздрогнув, когда посмотрела на ребенка. – О, и лестницы.

Он покачал головой.

– Ты знал, что я была там.

Она засунул руки в карманы, пожимая плечами.

– Ты вышла.

– Я справилась. Мария и Эндрю все еще наверху в комнате Марии.

– Она...

– Это сложно. Не спрашивай. – Вздохнув, она добавила, – но Эндрю в порядке, и он почти вне пожара. Спасибо тебе. И Чейз...

– Что?

– Я должна извиниться. Ты был прав.

Он пожал плечами и посмотрел на Эрика.

– Да, хорошо. Эрик до сих пор на один шаг впереди.

– Ты, у меня есть вопрос. Если ты и Эрик дрались ножами, кто стрелял во второго некроманта?

Эрик и Чейз переглянулись.

– Я стрелял. А теперь, Эрик, и ты, молодая особа с ребенком, не могли бы вы уйти с дороги? – Пожилой мужчина лет пятидесяти-

шестидесяти, стоял на расстоянии пяти ярдов на тротуаре. Он был одет в некоторое подобие летнего костюма прошлого десятилетия, но это шло ему, и его одежда, к сожалению, была не самой заметной вещью. Это был пистолет, который он держал в руке. Он, однако, не был ни на кого направлен, но Эмма, все же, напряглась.

Она посмотрела на Эрика и увидела выражение его лица, причиной которому был этот человек, подошедший так близко. Эрик был выше Эммы и шире.

– Стой сзади меня, – сказал он ей и медленно повернулся.

– Это тот человек, на чьи звонки вы до сих пор не отвечаете? – Прошептала она.

Он рассмеялся.

– Ты задаешь странные вопросы, Эмма. Но да, это он.

– Я не уверен, что решился бы.

– Эрик, – произнес мужчина, взмахнув пистолетом. – Пожалуйста, отойди. И вы, молодая леди.

– Элли, – прошептала Эмма, – шевелись.

– Я думаю, что он хочет застрелить тебя, – ответила Эллисон, пустым голосом.

– О, возможно. В данный момент я не против сама застрелиться. – Немного повысив голос, она сказала, – Чейз, помоги Эллисон найти более безопасное место, чтобы постоять.

Чейз кивнул и взял Эллисон за руку. Эллисон бросила на него ВЗГЛЯД.

Чейз проигнорировал его.

– Я чуть не изжарился заживо, – сказал он ей сквозь зубы, – не для того, чтобы тебя застрелил старик. Он убьет тебя, если решит, что должен, – добавил Чейз. Когда Эллисон не сдвинулась с места, Чейз выругался. – Эллисон, пусть Эрик разбирается с ним. Если кто и может разговаривать со стариком, то это – Эрик.