– Что там про шухер?
– напряженно спросил Сансер.

– А, - вспомнил одноглазый.
– Чародеюшка, наконец, заметил, что её нет рядом, и теперь ищет, куда она делась.

– Скоро он будет здесь?
– шепотом спросила Олив.

Сансер раздосадовано выругался.

– Быстро, капай!
– рявкнул он на свою хозяйку и та испуганно выполнила приказ, даже не пикнув.

– Все, он тут, - спокойно сообщил Кайлум.

– Отвлеки его, - скомандовал Сансер Оливии.
– Пусть он не подходит к телу хотя бы секунд пять.

У неё было всего несколько мгновений. Придумать какой-то отвлекающий маневр не вышло, поэтому Олив решила импровизировать. Девушка бросилась навстречу Максимилиану, с криком:

– О, боже! Это ужасно!
– и с разгону влетела в объятия, не ожидавшему такого поворота чародею. Имея двух братьев, Оливия пришла к выводу, что мужчины плохо реагируют на женские слезы и истерики. Поэтому хоть она и редко прибегала к этому средству, но делала это виртуозно. Вот и, сейчас слезы так натурально брызнули у неё из глаз, что даже стоящий чуть поодаль Кайлум, зааплодировал, чуть все не испортив. Олив хрюкнула, сдерживая смех, но смогла выдать это за всхлип.

– Что? Что там?
– отстранил её от себя чародей.

– Это... это... это ужасно, - выла и причитала Олив до того момента, как Кайлум сказал:

– Цепочка у Сансера.

Это как раз совпало с тем, как Максимилиан рявкнул:

– Успокойся и внятно скажи, наконец, что произошло!

Олив моментально успокоилась и, вытерев слезы, спокойно сказала:

– Я нашла Сонни. Он без сознания.

Максимилиан сначала опешил от столь резкой смены настроения, а потом со злостью отшвырнул её в сторону так, что девушке пришлось сделать несколько больших шагов, чтобы не упасть, и побежал в том направлении, откуда пришла Оливия.

– Не жизнь, а сплошной травматизм, - недовольно пробурчала она, поворачиваясь и идя следом за чародеем.

Когда она вернулась на то место, где оставила своего горе-похитителя, Максимилиан уже склонился над ним и делал какие-то пассы руками. Прошло ещё несколько минут, Оливия даже успела заскучать, прежде чем от его действия появился результат: Сонни застонал и открыл глаза:

– Максимилиан, - прошептал он, счастливо улыбаясь.
– Вы пришли за мной...

– Зачем ты все это натворил?
– спросил его брат спокойно.

– Ради вас, дорого брат, - Сонни смотрел на него глазами полными обожания.
– Ради вас...

– Я не приказывал тебе её убивать, - таким же спокойным тоном сказал тот в ответ.

– Она пренебрегла вами, демонская подстилка, - Сонни с такой ненавистью посмотрел в сторону Оливии, что девушка невольно отступила на шаг.

– Поэтому ты её поцеловал?
– скептически хмыкнул Максимилиан.

– Я подумал...
– Сонни запнулся, устало закрыл глаза, но потом снова открыл их: - Вы поступили бы также на моем месте. Вот я и поцеловал.

– Что ж, у меня для тебя две новости, - усмехнулся его старший брат: - Первое, ты полностью исчерпал свой магический резерв, потому, что, как дурак-неуч не рассчитал свои силы. Тебе стоило дать уйти тем, кто пытался бежать. Тогда возможно хотя бы самому хватило на обратный переход. А вообще, я в принципе не понимаю, зачем ты притащил её в это забытое богами место...

– Она его очень боялась...
– растерянно промямлил бледный чародей.

– Ага, - фыркнул Максимилиан.
– То-то я смотрю у неё ноги от страха подгибаются и бедняжка того и гляди описается.

– Но цепочка...
– глаза Сонни оживились.
– Я добыл цепочку, которая причиняет ей невыносимую боль!

Максимилиан оглянулся на Олив, но та лишь плечами пожала: не знаю, мол, о чём он тебе поёт.

– И где же эта цепочка?
– спросил чародей у своего младшего брата, безжалостно встряхивая его, чтобы не уснул.

Парень посмотрел на свою руку и в отчаянье взвыл:

– Она была у меня в руке... она была... я нашел...

Максимилиан хлестко ударил его по лицу:

– Тихо!

Истерика молодого чародей тут же прекратилась, а Олив вдруг почувствовала касание холодного металла к шее, и невольно подняла руку, касаясь украшения, которого там раньше не было. Девушка оглянулась. Сансер как раз закрыл замочек цепочки, и, ободряюще улыбнувшись, рассыпался миллиардом искорок, которые тут же исчезли.