Я тряхнула головой, мутными глазами посмотрела на будильник и с удивлением обнаружила, что уже натикало около четырёх утра. Тогда я расслабилась и потянулась, разминая каждую мышцу тела, наслаждаясь прохладой спальни и лунным светом, лившимся из окна. Книга скатилась с живота и мягко приземлилась на пол, но поднимать её мне было лень. Я погасила лампу, и комната погрузилась в темноту осенней ночи. Последним усилием воли мне удалось на секунду распахнуть глаза, чтобы поглядеть в окно – за ним открывался вид на тяжёлые тучи, предвещавшие грозу или снег. Последней нормальной мыслью было, что нужно завтра убраться в доме…

Я бреду не по городским улицам, в которых легко узнала бы родной Спрингфилд, а по чаще леса. По какой-то знакомой чаще леса, если честно. По дороге я часто падаю. Создаётся ощущение, что я уже была в подобном месте, а вот это дерево когда-то служило мне опорой. Странно. И жутко. Да, именно жутко. Внезапно меня озаряет: точно так же я пробиралась с Питером через лес к заливу. Аналогия мне решительно не нравится. Снова проходить через приступы паники и стыда не хочется. Но я всё равно иду вперёд, зная, что ни в коем случае не должна остановиться даже на минутку. Я падаю, встаю и снова продолжаю идти, больше ни на что не обращая внимания. Я чувствую страх перед неизвестностью, которая ждёт меня в конце пути. Мне небезразлично, что со мной будет. Обычно мои сны заканчиваются встречей с каким-нибудь монстром и моей смертью от его рук (или лап). Сегодня перспектива умереть меня не радует, тем более, что в последнее время я слишком часто рискую жизнью.

Внезапно я слышу за спиной быстрые шаги и оглядываюсь. Каково же моё удивление, когда я вижу позади себя Нэнси под руку с Питером. Её губы плотно сжаты, а серые глаза с ненавистью смотрят на меня. В ней с трудом можно узнать улыбчивую девушку, с которой меня познакомила Симона, и с которой вчера днём мы пили кофе.

«Ты слишком много знаешь! Тебе здесь не место!»

Голос девушки срывается на яростный вопль, и я невольно отступаю назад. Никогда в жизни я ещё не видела ничего страшнее безумия на этом прекрасном кукольном личике.

«Почему?» – шепчу я, отступая всё дальше назад и с трудом собираясь с мыслями.

Голова тяжелеет, и почему-то мне хочется спать. Наверное, всё дело в страхе, который буквально парализует моё тело. Я хочу достать оружие или хотя бы сломать ветку, чтобы защищаться, но мои пальцы дрожат слишком сильно. Я близка к состоянию срыва и шока, накатывающих внезапно и разрушительно.

«Отдай Питера стае…»

Нэнси отворачивается и убегает, таща Питера за руку туда, где стоит Анита, а рядом с ней возвышаются мощные фигуры похожих на волков ликанов.

Я не могу пошевелиться и не могу поверить собственным ушам: при чём здесь Питер? В чём он виноват? И какое отношение к его проступку имею я, новый человек в городе. Вопросы словно окружают меня, толкают в спину, и я начинаю бежать, не оборачиваясь, вперёд, забыв о корнях и прочих преградах… но я не успеваю. Жуткий крик, полный боли, застаёт меня врасплох и заставляет броситься к заливу ещё быстрее. Ветер свистит в ушах, а до открытого пространства ещё очень далеко. Я мчусь, падаю, поднимаюсь и снова бегу с глупой надеждой, что меня никто не догонит. Я буквально на миг зажмуриваюсь, однако этого хватает, чтобы я врезалась во что-то твёрдое, но пушистое. Я открываю глаза и хриплю от ужаса – прямо передо мной стоит крупный белый волк с глазами Аниты. Он оскаливается в усмешке и высовывает язык из окровавленной пасти. Я отскакиваю от ликана, но тут же натыкаюсь на другого: страшного, крупного, косматого, с тремя длинными царапинами на морде от волчьих когтей.

«Что вам нужно?» – кричу я на пределе возможностей, срывая голос до простуженного хрипа.

«Мести», – звучит в голове ответ Аниты, и она бросается на меня…

Я проснулась, сдавленно хрипя и держась рукой за якобы разорванное горло, и ещё долго не могла прийти в себя. Странный сон воскрешал в памяти отрывки рассказов Аниты, Нэнси, Питера и даже Джерри. Я с трудом встала с постели и подошла к окну. Учитывая мой сомнительный талант видеть вещие кошмары, угроза смерти была не просто реальна, а прямо-таки осязаема.

– Чёрт. Вас. Дери.

То ли у меня крыша поехала, то ли я действительно заметила фигуру волка, мелькнувшую возле дома соседей. Кажется, у меня начинается паранойя, раз везде чудилось присутствие всевозможных монстров. Всё, лечиться, лечиться и ещё раз лечиться. Я отлично представляла, как надо мной будут смеяться знакомые по Гильдии. Я уже видела эту знаменательную картину: охотник-псих, который видит чудовищ в куске хлеба. А что, весело и вполне по мне. Кажется, мой прадед даже лежал в психушке с шизофренией. Правнучка недалеко уйдёт. Придя к таким «забавным» выводам, я спустилась вниз с твёрдым намерением позвонить кому-нибудь и поболтать, чтобы отвлечься от дурацкого сна и бродивших где попало волков (?).

К счастью, в последний момент, уже поднеся трубку к уху, я всё же догадалась посмотреть на часы и с неудовольствием обнаружила на них шесть утра. Выходит, кошмар я видела где-то два часа, поэтому мне стало слегка не по себе, потому что у меня сложилось ощущение, будто я бродила по этому мерзкому лесу не меньше суток.

Пальцы на автомате начали набирать номер мамы, но я вспомнила, сколько в Спрингфилде времени, и отказалась от этой затеи. Тамина имела вредную привычку смотреть баскетбол до середины ночи, а потом ложиться спать. Если её разбудить, эффект будет как от взрыва ядерной бомбы. И не было никакой разницы, что нас разделяла пара-тройка штатов.