Он не мог поверить своим ушам - через несколько дней ему предстоит увидеть святую гору Когайонон. Он много слышал о ней - гора, вершина которой утопает в облаках, лестница между небом и землёй. Терес слышал, что самые отважные и самые праведные уксбуры совершали паломничества на эту гору, и по возвращению совершали великие дела. Быть может, и ему предстоит что-то сделать?

Он вышел к воротам - там стояли Месалим и Слания в окружении монахов. Десять людей в рясах с капюшонами, держащих обитые металлом посохи молчаливо ждали указаний. Терес не заметил на их одежде абсолютно никакой символики. За спинами они несли сумки с припасами.

– Господин - обратился один из них к Месалиму - Вы уверены? За последний месяц мы потеряли почти две трети ордена и несчётное количество воинов.

– Друг мой, ты же знаешь, что мы к этому так долго шли - скоро всё будет кончено. Если конечно, ваше сомнение не поставит всё под угрозу, братья мои.

– Вы можете на нас надеяться, Месалим.

Небольшой отряд выступил в путь на закате. Так, по мнению Месалима, они должны были подоспеть к горе Когайонон как раз вовремя.

Отряд покинул Басбидир. Горная долина, вход в которую охраняла крепость, осталась позади. Впереди раскинулись опалённые безжалостным южным солнцем холмы Нургаии.

Терес никогда в жизни не заходил так далеко на юг, и всё что он видел вокруг было для него непривычно. Вместо могучих дубов, здесь росли стройные кипарисы. Листья на деревьях были сухими, трава будто бы выжжена. Терес чувствовал, какой в этих краях тяжёлый воздух - тяжёлый воздух с моря, был непривычно горячим.

Ландшафт представлял из себя нескончаемую череду холмов, которые, как показалось Тересу, не всегда имели естественное происхождение: один из холмов на горизонте, например, имел форму ступенчатой пирамиды.

Но подлинное восхищение у Тереса вызывала главная достопримечательность этой страны – нураги - построенные неизвестными мастерами древности каменные башни по истине циклопических размеров. В одной из таких башен, на второй день пути, Месалим захотел остановиться на привал...

Впереди показалась башня, высотой примерно в 20 метров и шириной вполовину меньше. Она была сложена из больших блоков известняка. В башне было четыре этажа, которые отмечали маленькие, едва заметные окна.

– Что это за башня?
– спросила Слания.

– Это нураг - один из сотен или даже тысяч в этой земле. Строения, возведенные в незапамятные времена.

– Мы остановимся здесь?

– Я планировал остановиться здесь на привал, но боюсь, право на отдых придётся добывать силой - сказал Месалим.

Будто в подтверждение его слов, из нурага вышли около десятка воинов. Их внешний вид показался Тересу чем-то знакомым.

Это были не простые воины, а члены одного из сотен культов, поклонявшихся златоликим как живым богам. Неизвестно, возникли ли они сами собой или были созданы родичами нерогабала намеренно, но они были готовы умереть за своих повелителей. Эти культы селились в заброшенных башнях, откуда совершали набеги на мирных земледельцев, угоняя рабов и забирая нажитые непосильным трудом богатства. Местные относились к таким культам со смесью страха и презрения, но боялись их останавливать, ведь это могло навести гнев златоликих.

Воины встали в строй. Обнаженные по пояс мужчины и женщины держали в руках большие щиты и рапиры. Их поджарые тела переливались в лучах закатного солнца. Бритые головы воинов были выкрашены в красный цвет, а на лицах красовались безумные гримасы гнева. Их лидер – громадный человек, бывший на голову выше Тереса носил доспех, сделанный из обломков допотопных машин. До ушей Тереса донёсся отголосок его речей: "Новые жертвы! Бог войны будет ужасно рад таким подношениям!"

Терес выхватил фалькату и стал крутить его в руках, стремясь запугать бегущих на него противников.

– Стой - мы разберемся - сказал Месалим.

– Могу я попросить об одной услуге?
– спросил Терес

– В чём дело?

– Оставьте мне одного. Допросить.

– Ну что же, я выполню твою просьбу, если тебе так хочется - ответил Месалим и расхохотался - последи за своей девчонкой.

Слания спряталась за спину Тереса и отвернулась, чтобы не видеть сражения. Нурагийцы с воплями бросились против монахов, которые медленно шли им навстречу. Как волна о камни, разбился их натиск. Терес даже не заметил, как после нескольких ударов, воины рухнули замертво. Только кровь на земле давала понять, что они мертвы. Монахи подняли одного из них. Он брыкался и рычал, как дикий зверь, пытаясь укусить поймавших его монахов.

– Что ты с ним сделаешь?
– спросила Слания.

– Подержите его пока - скомандовал Терес, и воина прижали к земле - я осмотрю нураг.

Терес вошёл внутрь нурага через небольшую дверцу в заколоченной арке. В тусклом свете лампад, он разглядел, что на нижнем этаже обустроена кухня. Пахло жаренным мясом. У Тереса разыгрался аппетит - в крепости и в походе он питался лишь хлебом, овощами и сыром. А тут - мясо. Но Терес решил воздержаться - неизвестно ещё, кого или что готовили эти безумцы. Выше была оружейная: по полу были раскиданы доспехи, клинки, копья. Всё было в страшном беспорядке. Терес нашёл среди этой горы хлама цепь и выбросил её в окно, чтобы ей связали пленного - вернётся он явно не скоро.