Спустившись по ступеням вниз, Терес оказался в пещере, в центре которого был небольшой омут с кристально чистой водой. Терес сел рядом с омутом, и невольно заглянул внутрь.

Вместо собственного отражения, Терес увидел там картину: посреди морской глади, стоял город. Большой старинный город с высокими домами в несколько этажей, мраморными статуями и башнями. По центру города, на постаменте стояла гигантская статуя из меди. Огромный медный человек сидел на троне, осматривая пустыми глазницами полуразрушенный и обветшавший город. У его подножья собралась толпа, затаившая дыхание: какой-то человек поднимался к подножью этой статуи, добровольно ложился на жертвенник. После, какой-то сгусток энергии поднялся от распотрошенного тела к статуе и она ожила. Глаза статуи засияли тем самым неестественным светом, которым сиял портал Джехута. Статуя со скрипом встала с постамента и взяла в руки гигантский посох.

От взмаха этим посохом, стала расходится энергия. Её волны, проходя сквозь строения, обращали минувшие эпохи вспять: ветхие развалины домов превращались из развалюх в абсолютно новые хоромы, люди, ходившие по улицам, корчились в агонии, преображаясь в неописуемые существа, будто вышедшие из ночных кошмаров. Зеленая поросль, покрывавшая руины, расцветала буйными цветами, пряные миазмы которых наполняли воздух. В небесах стало разрушаться само пространство – подобно рваным ранам возникали порталы, ведущие в Преисподнюю. Время теряло всякий смысл -вечность прошла перед глазами Тереса за пару секунд и вот, непрекращающийся праздник жизни и тщеславия обернулся кошмаром для пирующих златоликих и их слуг. Новоявленные полубоги с кошмаром осознавали бессмысленность своих греховных путей, а золотой великан в бессилии пытался помочь им вернуть хоть крупицу радости… Стоны людей и нелюдей повисли над землей, но их никто не слышал - этот мир погружался в такие глубины бытия, куда не падал взгляд Всеотца.

Терес, шокированный увиденным, наконец-то смог оторвать глаза от магического омута и взглянул на того, кто стоял перед ним.

Это был Он – тот ангел, что освободил его из заточения. Обжигающее сияние его нимба слепило глаза. Терес медленно отползал назад, пытаясь спрятаться от его сияния. Аура ангела вселяло в Тереса, и без того жутко напуганного прошлым видением первородный, животный ужас.

– Защити меня, Всеотец, защити меня грешного – машинально проговорил Терес.

– Не Всеотец должен тебя защищать, Терес из Баласдавы, но Всеотца и все его творения надобно огородить от того, что ты задумал. Как ты посмел говорить с тем, кто был проклят ещё до потопа!?

– Нерогабал?

– Не весь он, а та часть его души, что зовёт себя Аэлагабал. Скрестившись с сыном человеческим, оно обрело власть над златоликими… и над тобой, Терес из Баласдавы. Теперь же ты узрел, что будет, если ты внемлешь его словам.

– Откуда мне знать, что всё что я увидел – правда?

Пламя ангела засияло ярче, Терес чувствовал, как на его коже появляются ожоги. Его вопрос разгневал посланника небес.

– Тебе этого и не нужно знать, Терес из Баласдавы! Весь мир ждёт, чью сторону ты займёшь – Всеотца или Нерогабала!

– У меня нет выбора… - ответил Терес, собираясь ещё раз присягнуть Всеотцу.

– Нет, он у тебя есть. Таковы законы этого мира, что обитатели других планов бытия не могут причинить зла смертным, так что, даю тебе время подумать!

Огонь уже не сиял так, как раньше и пламенеющее существо стало похоже на обычного человека, пусть и имеющего шесть крыльев.

Взвесив все за и против, Терес был готов дать ответ.

– Я убью Нерогабла.

Ангел улыбнулся.

– Сим словом, дарую тебе власть изгонять нечистых и проклятых – ангел сделал знаменье рукой, которое прочно отпечаталось в памяти Тереса – теперь иди и сделай то, что должен.

Ангел исчез во вспышке пламени. Терес остался сидеть на краю омута, пытаясь осмыслить то, что только что произошло.

Вся нерешительность, терзавшая его последние дни как будто была растоптана этим виденьем. Теперь он был готов следовать своей судьбе.

– Что ты там увидел?
– послышался голос сзади.

Терес обернулся - это была Слания. Она подошла к нему, и он взял её за плечи, пристально глядя ей в глаза.

– Кажется, я увидел то, что хочет устроить Нерогабал.

– Что он хочет устроить?

– Ничего хорошего.

– Получается, ты хочешь вернуться к Месалиму?

– Не совсем - сказал Терес - Я хочу встретится с царём нурагийцев.

– Ты с ума сошёл!? Когда я шла через лагерь, там были златоликие! Сотни златоликих - воскликнула Слания - Как ты мог додуматься до такого безумия!?

– Терпение, Слания, терпение - рассмеялся Терес - у меня есть план.

– План? Что у тебя на уме?

– Слания, будь добра, предупреди Месалима о том, что я задумал. Только прошу, убеди его, что если он задумает мне помочь, то пусть попробует обойтись без кровопролития.

Слания утвердительно кивнула головой и побежала вниз. Гора Когайонон, несмотря на свои исполинские размеры, не сильно отличалась от остальных гор, и Слания без труда спускалась вниз. Не теряя бдительности и осторожности, она торопилась поскорее предупредить Месалима - быть может, он сможет убедить этого дурака так сильно не рисковать своей жизнью.

Спустя полчаса, Слания была у подножья горы. Пробираясь через леса, она почувствовала, как на её ноге затянулась петля.

Мгновение, и она оказалась подвешенной в нескольких метрах над землёй. Ситуация почти что безвыходная, но Слания решила не сдаваться и попыталась выпутаться из ловушки. В этот момент она сильно пожалела, что не взяла с собой нож. Когда ей почти что удалось развязать узел, к дереву подошли несколько нурагийцев. Слания пересчитала - их было ровно двенадцать. "Посмотрите-ка какая добыча" – проговорил один из них. Воины с вожделением смотрели на Сланию, безуспешно пытающуюся вырваться из ловушки. В этот раз рядом не было Тереса, и надеяться было не на кого. Её медленно спустили с дерева и крепко обмотали запястья верёвкой.