Шрифт:
– Аниту, возьми резиновую грелку, набей её льдом из холодильника и принеси сюда, - распорядился Джон Кейн.
Когда Аниту, с проворством кошки, выскользнула из спальни, Джон уселся на край кровати и спросил:
– Ну, теперь, когда мы остались одни, не могли бы вы, хотя бы вкратце, в общих чертах, сказать мне: кто вы, отчего оказались именно у меня на яхте? И вообще...
– В общих чертах, я американец, - неохотно ответил человек.
– И это все, чем я могу удовлетворить ваше любопытство. Я призываю вас как соотечественника, оказать мне поддержку. Обещаю, что за это я выплачу приличное вознаграждение...
Видя, что Джон Кейн усмехнулся, заслышав о вознаграждении, человек невозмутимо продолжил:
– Понимаю, что вы миллионер, но, думаю, что лишних денег не бывает. Сто тысяч долларов тоже неплохой роялти.
– Насколько я вникаю в ситуацию, вы здесь вне закона?
– Правильно вникаете. Поэтому двести тысяч - будет еще более приятной суммой.
– Не надо торговаться, мы не на местном рынке. Я помогу вам бескорыстно, если вы поклянетесь, что не причините вреда Аниту и доктору. Он здесь вообще нейтральная фигура, как санитар на поле боя...
– А вам?
– Мы с вам противники, так что кому как повезет.
– Храбрый парень.
– Человек хохотнул, потом лицо его исказила гримаса. Болезненно напрягшись, он посмотрел на свой живот, картина красное на белом его огорчила.
– Если вы гарантируете повиновение, тогда клянусь!.. Ну, где же ваша служанка?
– Она мне не служанка, она моя жена, - с вызовом ответил Джон Кейн.
– О'кей, пусть будет жена. Вам же хуже, если что... Да, кстати, отдайте мне ваш сотовый.
– С какой это стати, - нахмурился Кейн.
– Я же дал вам слово...
– Давайте-давайте...
Джон Кейн отдал свой телефон террористу, а тот удивительно ловко выкинул его в открытый иллюминатор. "Бульк!" - донеслось снаружи.
– Вот так, - сказал террорист, усмехаясь.
– Чтобы у вас не было соблазна с кем-нибудь связаться. Так же ставлю вас в известность, что ваша рация в рубке также выведена мной из строя. Вы всецело в моей власти. Понятно?
– Понятно, - с грустью ответил владелец яхты.
Пришла Аниту с ледяным компрессом и осторожно приложила его к животу незнакомца. Тот дернулся, перехватил левой рукой резиновую подушку со льдом и со стоном выпустил воздух через стиснутые зубы.
– Аниту, - сказал Джон Кейн, - приготовь, пожалуйста, кастрюлю с горячей водой и чистые салфетки - сейчас придет доктор.
Аниту упорхнула на камбуз. Незнакомец ухмыльнулся.
– Я понимаю вас, мистер Кейн. Таких исполнительных жен среди американок не сыщешь. Ваша первая жена, извините, наверное, была стервой?
Джон не стал отрицать и подумал, что разговор по душам смягчает террориста. Иногда его удается уговорить, сложить оружие. Правда, для этого необходимо иметь достаточно времени, а времени-то как раз и нет. Джон Кейн услышал, как к посту охраны причала подъехала машина, и вскоре раздались характерные шаги по доскам пирса. Они приближались...
– По-видимому, вам придется отдать мне пистолет, - мягко предложил Джон, - иначе мы не сможем поддерживать мою легенду. А за доктора я ручаться не могу...
Человек задумался. Шаги раздались на палубе.
– Вам все равно придется нам довериться. Если вы потеряете сознание при операции...
– А с чего вы взяли, что я его потеряю?
– Ну, тогда я ничего не гарантирую...
– развел руками Джон Кейн.
– Зато я гарантирую каждому по пуле, если что-то мне не понравится.
В каюту спустился доктор Стюард Найт.
Он был в пластиковой накидке, с которой стекали капли воды. Кажется, на улице начался дождь. Док поставил на стул свой пузатенький саквояж и профессионально сказал: "Нуте-с, где больной?"
<