Шрифт:
– Займешься?
– Чего ж не заняться?
– откликнулся домовой и вдруг примолк, прислушиваясь.
– Ромашка идет, и я пойду пока.
– Вот, это твое, - Лаванда выглядела страшно довольной, когда протягивала мачехе платье, весь лиф которого был залит вареньем.
– Только оно к несчастью испачкалось. Извини.
– Ничего, - Надя и бровью не повела. А чего злиться, если Аполлин умела вывести любую грязь, попросту договорившись с водой.
– И бусики, - девица продолжала нарываться, - они порвались. И раскатились. Ты же не расстроишься?
– Пустяки, милая. Мне для тебя ничего не жаль, а вот Магнус, боюсь, будет недоволен. Ведь это его подарок, как и остальные украшения.
– Папа?..
– дрогнула Лаванда.
– Ты же не расскажешь ему?
– Почему это?
– Надюшка с трудом сдерживала смех.
– Потому… - девица в растерянности огляделась по сторонам.
– Потому… - она заметила тихо играющих в оконной нише сестричек.
– Потому что девочки подтвердят, что это ты порвала бусы и хотела свалить на меня.
– Ничего у тебя не выйдет, - осадила начинающую шантажистку Надя.
– Лучше становись к плите, жарь блинчики и молись, чтоб тесно закончилось раньше, чем вернется отец. Потому что тогда у тебя будет время перенизать бусы. Поняла?
***
Вернувшийся домой Магнус застал идиллическую картину. Его старшая дочь проворно накрывала на стол, младшая, усаженная на лохматую овчину, заливисто смеялась и тянула ручки к здоровенному тряпичному коту. Зверь был криволап, длиннохвост, морду имел умильную и очень-очень оригинальную расцветку шкуры: белую в мелкий розовый цветочек. Средняя дочка, нахмурив бровушки, старательно вывязывала что-то крючком, то и дело спуская неровно набранные столбики.
А жена… Услышав его шаги, она подняла голову от какого-то шитья и улыбнулась широко и радостно. Чуть ли не первый раз за всю их совместную жизнь.
ГЛАВА 2
– Сегодня не лучший день для покупок, - Магнус горделиво оглядел выстроившихся в шеренгу дам. Красавицы! И все его!
– После полудня в столицу прибывает принцесса Оливия Гранийская со свитой…
Договорить главе семейства не дали.
– И почему я узнаю об этом только сейчас?
– нахмурилась Надюшка.
– Мы же посмотрим на процессию, папочка?
– захлопала в ладоши Лаванда
– Настоящая принцесса?
– распахнула и без того огромные глаза Фиалочка.
– Ня, - потянулась к отцу Ягодка, просясь на ручки.
– Запамятовал, - на удивление беззаботно пожал плечами Магнус.
– Тут у нас такие дела творятся, не до принцесс.
– У меня своих вон сколько, - он подхватил на руки малышку.
– И одна другой лучше. Так что сейчас бегом за покупками, а потом, так уж и быть, посмотрим на прибытие гранийцев.
– А ты оказывается не такой уж бука, - выходя следом за мужем из дома, шепнула Надя.
– Я вообще многогранная личность, - подмигнул тот.
– Ну что, дамы, вперед?
– Дя!
– ответила за всех Бэрри.
***
За время, проведенное семейством Доу на рынке, город совершенно преобразился. Особенно это коснулось улиц, по которым должна была проехать принцесса. С балконов и окон теперь свешивались ковры, гобелены, полоскались на ветру драгоценные ткани, тут и там реяли флаги Алеены. И конечно же сами жители… Празднично одетые они запрудили улицы и площади столицы, высовывались из окон, стояли на балконах. Эна была счастлива приветствовать невесту своего дофина.
– Останавливаемся тут, - в какой-то момент скомандовал женскому батальону Магнус.
Надюшка, которую как и всех охватило праздничное веселье замерла рядом с мужем, каждой порой впитывая неповторимый колорит средневекового праздника.
– Лаванда, не крутись, - выстраивал всех по ранжиру Доу.
– Держись ближе ко мне, а то толпой отнесет. Надин, возьми за руку Вайолет…
– Ей ничего не будет видно, давай ты возьмешь на руки ее, а я Бэрри, - предложила Надя.
– Идет, - прикинув что к чему, согласился Магнус.
– Едут! Едут!
– послышалось издалека.
Народ загомонил, вытягивая шеи, а после раздался по сторонам, освобождая середину улицы, на которую въезжала кавалькада роскошно одетых всадников, за ними следовали пажи, а следом за пажами плыли паланкины и снова всадники… В воздухе трепетали флажки и вымпелы, а над ними реяли флаги с золотым вепрем - геральдическим зверем королевской династии Грании.
Звучала музыка, лошади кивали головами, украшенными роскошными султанами из перьев, на шляпах и одеждах и оружии всадников сверкали украшения, паланкины были задрапированы золототканой парчой и шелком, одетые в алый бархат пажи бросали в толпу сладости и медные монетки.