Если Юнха не обманулась, оно напоминало крошечное лицо.

Она отвернулась с отвращением.

— Что они такое?

— Чей-то инструмент, — подал голос Ли Кын. — Ничего выдающегося, но эффективный. Твой друг сопротивляется. Непохоже, что им удалось легко прорыть ход в его сердце. Но они смогут рано или поздно, поэтому вам нужна моя помощь.

— Разве ты не можешь ему помочь? — она обращалась к Муну. Тот дёрнулся, опустил голову и плечи и ответил глухо:

— Нет. Если бы мог — не стал бы разговаривать с Кыном.

От этих слов Ли Кын явно приободрился.

— Либо он умрёт, либо черви займут его тело, — он отодвинулся от стены, осторожно обошёл Ок Муна и бесстрашно встал рядом с Санъмином. В глазах Ли Кына наконец-то мелькнуло что-то, кроме любопытства. — Так мне приступать?

— Ты просто хочешь выслужиться.

Ли Кын посмотрела на Муна, пожал плечами и ответил спокойно:

— Пусть даже и так, разве я не прав? Лучше уж я помогу ему сейчас, подлечу его и займу его место на время. Помогу вам с тем, чем вы тут занимаетесь… или пытаетесь. Чем ты отправишься под Западные небеса искать его перепуганную душу, а потом потащишь обратно, чтобы запихнуть в искалеченное тело. И даже если обернёшься быстро, продержится ли он?

Юнха слушала его, и слёзы наворачивались у неё на глазах. Заболело сердце, будто от него пытались оторвать что-то, вросшее давным-давно, необходимое.

— Он говорит правду? — с трудом спросила она.

Мун кивнул коротко.

— Лучше уж его вариант, — признал он. — Но Ли Кын — не тот, кому следует слепо доверять.

— Эй! — возмутился Ли Кын, но Юнха уже заговорила:

— Тогда пусть делает, что умеет.

Ли Кын бросил взгляд на Ок Муна, убедился, что возражений нет, и осклабился.

Свет снова мигнул, всего на мгновение, но за крошечный миг темноты Ли Кын выцвел и потерял чёткость. Он сделался серебряным туманом, что извивался толстой змеёй в воздухе, свивался в кольца и скользил, и потом опустился на тело Санъмина.

Оно затряслось. Юнха вскрикнула рефлекторно, и Мун, сделав большой шаг, схватил её за плечо и подтянул к себе.

Прижимая её голову к своей груди, он шепнул:

— Теперь нельзя мешать.

Юнха перестала видеть, что происходит, но она слышала глухие удары, шорох, с которым одежда тёрлась об асфальт, потом — склизкие звуки падения чего-то — один за другим, и хрипы.

Она вцепилась в футболку Ок Муна что есть силы и замотала головой, отгоняя эти звуки.

И не сразу заметила, как они стихли.

Когда Юнха осмелилась обернуться, она ещё успела увидеть тающие бесшумно куски чего-то чёрного и серого.

Тело исчезло, в тупике осталась лишь человеческая фигура, стоящая в тени. Вот человек сделал шаг, входя в пятно света, и Юнха увидела лицо Санъмина.

Она могла бы обмануться, что это и в самом деле он, если бы не знала его с детства. Всё было очень похожим, очень знакомым… и недостаточно. Крохотная доля процента отличий — ей этого хватило, чтобы испытать ужас, от которого зашевелились волосы и гусиной кожей покрылось тело.

— Ты не он, — прошептала Юнха, содрогаясь.

— Конечно, — кивнул «Санъмин». Он чуть наклонил голову, рассматривая Юнха, потом будто прислушался к чему-то и поморщился:

— Ему не нравится, что я похож на него. Он думает, тебя это будет пугать. Я могу сделать так, что ты увидишь меня, а не его.

— А остальные?

— Не каждый может увидеть правду, даже если я сам захочу её показать. Но ты сможешь. Так?..

Она кивнула.

По телу «Санъмина» пробежала рябь — и его рост, фигура, черты лица стёрлись и соткались в воздухе заново, но иными. Теперь Ли Кын был снова собою, только одежду он оставил ту же, что носил Ким Санъмин.

— Всё это иллюзия, — произнесла Юнха, одновременно зачарованно и с лёгким отвращением.

— Скорее, её развенчание, — хмыкнул Ли Кын.

Он снова сморщился и пожаловался:

— У него в мыслях сплошной хаос. Мне нужно время, чтобы покопаться в этом и лучше изображать Ким Санъмина.

— Он помнит, кто на него напал? — спросил Мун. Он всё ещё держал Юнха за плечо, будто забыв об этом.

— Последним он видел того, кого называл начальником Кимом, — подумав, поделился Ли Кын. — Но нападение червей в его памяти не осталось… и хорошо, — заключил он. — Зато тут много о том, что он собирался вам рассказать. Я изучу это к утру.

Голос его зазвучал деловито. Ли Кын ранее явно не врал: собирался по уши влезть в их дела.

Юнха почувствовала, как напряглось тело Муна. Ему не нравился энтузиазм этого... нет, не человека, так его не стоит называть. Существа.

— Не перенапрягись, — бросил Мун.

Он расслабился, вздохнул и наконец выпустил Юнха. Странным образом, теперь ей стало как-то неуютно. Как будто прикосновение Муна мгновенно превратилось в привычку, и без него мир уже не тот, каким был задуман.

Юнха отступила на шаг: глупые мысли, сейчас особенно неуместные.