— Проститутки? Я никому не стану платить за то, чтобы прокатиться на этом поезде, — я плечами пожимаю. — Даже в старости у меня будут «сучки», умоляющие об этом.

— Фу, ты такой мерзкий. Меня буквально только что чуть не вырвало, — шутит она. — Однажды встретишь девушку, которая сведет тебя с ума. Ты не сможешь ни есть, ни спать, ни дышать, не думая о ней, — она указывает на меня пальцем. — Просто подожди и увидишь, старший брат. Я не могу дождаться, когда Кэма Харди поймает эту влюбленность.

— Сомневаюсь, — больше мне нечего добавить.

— Что бы ты ни говорил, — медленно тянет она, махая рукой в сторону Бо, который в сотый раз бросает на нее взгляд. — Что … бы … ты … ни … говорил.

— Необязательно так жестикулировать, — я качаю головой, наклонившись немного вперед. — Что случилось с великим и ужасным Бо Бишопом, от которого все шарахались?

— Он по-прежнему великий и ужасный Бо Бишоп, — бормочет она. — Просто… стал чуть лучше. Так же, как и ты, когда найдешь свою вторую половину, — сестра похлопывает меня по колену. — Вот увидишь.

Я молчу, потому что уже в течение нескольких недель думаю об одной девушке. И после игры на прошлых выходных эти мысли лишь усилились. Печальнее всего, что они стали мучить меня после того, как я снова увидел ее с дочкой. На этот раз без первоначального шока, который ощущал на Хэллоуин. Я уважаю Эддисон больше, чем когда-либо. Я эгоист, и этим создаю проблемы. Она — полная противоположность, бескорыстно ставящая себя на последнее место.

Эддисон — замечательная девушка, и хотя утверждает, что мы никто, я не собираюсь встречаться с другими, пока продолжаю общаться с ней. Это просто неправильно. Более того, она в полной мере удовлетворяет мои потребности.

Однако я больно осознаю, что никогда не переставал спать с другими девушками из-за одной. Особенно из-за той, что большую часть времени ведет себя так, будто ненавидит меня. Но в этой ситуации мысль о том, чтобы быть с кем-то еще, просто не привлекает. Никоим образом.

В большинстве случаев я был тем, кто причиняет боль. На этот раз, однако… Эддисон может оказаться той, кто поставит меня на колени.

Эддисон

Я толкаю качели, отправляя Айлу все выше, возможно, уже в сотый раз.

— Толкни сильнее, мамочка, — визжит она, светлые локоны развеваются на ветру. — Так, как это делает дела!

— Дела меня до инфаркта доводит, когда раскачивает тебя на качелях, — хмурюсь я. — И так достаточно высоко. Господи. Тебе три годика. Зачем уже сейчас искать приключений на голову?

— Мамочка, мой друг придет наведать этого парня? — она прижимает плюшевого волка к себе, пока я останавливаю ее раскачивание. — Он же хочет его увидеть и убедиться, что я хорошая мамочка?

Вот чего Кэм не понимал, когда подарил этого чертового волка. Она еще ребенок. Она верит в магию, сказки и всеобщую доброту людей. Он не собирается всерьез проводить время с Айлой или выступать в роли отца, и именно это мне и не понравилось в том, что он был так дружелюбен в тот вечер.

— Посмотрим, малыш. Он просто друг, с которым я вижусь на учебе, понимаешь? Поэтому было бы как-то странно, если бы он просто появился, — я глажу Брукса-волка по голове. — Но я знаю, что ты хорошая мамочка для этого парня. Молодец, — вынимая Айлу из качелей, я ставлю ее на ноги. — Пойдем на горку?

Она смотрит на горки, прежде чем взглянуть на меня.

— Кто последний, тот тухлое яйцо! — кричит она, прежде чем броситься бежать, маленькие ножки несут ее так быстро, как только могут.

Когда я бегу следом, полностью погружаясь в ее хихиканье, она несется к лестнице. Это моя жизнь, и я люблю ее. Но она не для всех. Особенно для студентов. Они не хотят быть на детской площадке днем, и именно поэтому проще держать свой круг общения небольшим. Мы с Айлой против всего мира. Так было с тех пор, как она родилась.

На следующий день после того, как мама увидела, как Кэм разговаривает с Айлой и со мной после игры на днях, стала выпытывать информацию, когда Айла была в другой комнате. Я сказала правду — не в прямом смысле. Я не могла напрямую сказать, что это было только из-за секса, но я уверила, что у нас просто непринужденное общение, и ничего серьезного никогда не будет.

— Будь осторожна, — сказала она. — Папа очень рассердится, если узнает, что есть какая-либо связь.

О чем я и сама знала. Но она также сказала, что не каждый парень, которого я встречаю, плохой. И что иногда настоящие мужчины появляются в нужное время.

Я ответила, что это бред. Потому что так оно и есть.

Когда Ник бросил меня после того, как я девять месяцев носила его ребенка и родила без него рядом, без его помощи или слов, что все будет хорошо, я была раздавлена. Я никогда в жизни не чувствовала себя настолько отвергнутой или брошенной. Когда я была моложе, у меня всегда было это видение в голове. И в нем никогда не было такого, чтобы отец ребенка обращался со мной так, будто я ничего не значу. Будто мы ничего не значим. И хотя мой отец в очередной раз доказал, что хорошие мужчины существуют, а родители показали, что любовь может быть сказкой… Я верю, что они — исключение, и что большинству людей не так повезло найти то, что есть у них.