— Так не делают, когда «ничего не натворят», — склонив голову набок, сказал

Бернард. — Что случилось?

— Сюрприз, — не переставая улыбаться, ответил Юэн. Его приподнятое

настроение выдавал разлившийся по щекам румянец, который становился только

ярче. Хорошо. Возможно, ничего плохого не произошло.

— Сюрприз?

— Именно, — Юэн шагнул Бернарду за спину и прикрыл ему глаза ладонями. —

Двигаемся в гостиную.

— Там новый ремонт?

— Нет, но кое-что изменилось.

— Неужели появилась площадка для гольфа? Которую мы так хотели...

— Для этого нам нужен дом покрупнее.

Они переместились из коридора в гостиную. Бернард честно не подглядывал, хоть и было жутко интересно, и открыл глаза, только когда Юэн убрал руки и

сказал, что можно.

— Как тебе?

Бернард задумчиво облизнул собственные губы. В первые секунды он не

сообразил, что увидел. Потом дошло.

— Ты купил гончарный круг?

— Арендовал его, если быть точным, — сказал Юэн, с важным видом подняв

указательный палец.

Вскинув брови, Бернард посмотрел на него с ухмылкой. Юэн растянул губы в

обаятельной улыбке.

— Значит, ты всё-таки решил открыть бизнес по производству крафтовой

глиняной посуды...

— Как получится.

— Подозреваю «как»...

— Не будем откладывать, опробуем сегодня же, — торжественно произнёс Юэн

и вытолкнул Бернарда из комнаты. — Рекомендую тщательно подготовиться к

мастер-классу по гончарному мастерству.

— А ты сам-то подготовился?

— Осталось кое-что по мелочи. Иди-иди.

Приняв душ и переодевшись в то, что не жалко было испачкать, Бернард

вернулся в гостиную, на этот раз утопающую в красном свете. Гончарный круг

стоял на небольшом столике посреди комнаты, на полу теперь лежала плёнка.

Юэн нетерпеливо крутился рядом. Походка его была пружинистой, как всегда

бывало, когда он чего-то очень и очень ждал. Бернард однако тоже был в

предвкушении. Пока стоял под душем, не переставал думать над тем, каким

радостным выглядел Юэн, когда показал гончарный круг.

— Лампы обязательны?

— Конечно. Код красный вступил в действие.

Пригласительным жестом Юэн указал Бернарду на гончарный круг.

— И как мы будем здесь работать? — спросил Бернард, вставая около столика.

Юэн обнял его со спины, крепко прижавшись бёдрами.

— Сначала пробуешь ты, я буду помогать. Потом поменяемся, — проурчал он на

ухо.

Бернард наигранно прокашлялся. Что-то подсказывало ему, что никакой

глиняной посуды они не сделают, но хорошо, что внизу плёнка, хотя бы пол

потом оттирать не придётся...

— Что ж, ладно, — сказал Бернард. — Приступим.

Он опустил руки в миску с водой и коснулся крутящегося столба глины. Придать

ему хоть какую-нибудь форму оказалось сложно. В фильмах и в видео-роликах

это выглядело гораздо проще. В реальности глина не была такой податливой, чаще либо очень жёсткой и сухой, либо слишком мягкой и мокрой.

Почти так же плавно, как Бернард мокрыми руками скользил по глине, Юэн

скользил ладонями по его напрягающимся предплечьям и корпусу, попутно давая

наставления томным шёпотом. Такие откровенные и ласкающие прикосновения

сбивали мысли с прямой дорожки, а когда Юэн оттянул резинку спортивных

штанов и пальцы его нащупали горячую пульсирующую плоть, Бернард не

сдержался и тихо застонал на выдохе.

— Не отвлекайся от глины, малыш Берн.

Юэн жарко и глубоко задышал на ухо, свободной рукой приспуская с Бернарда

штаны. Сначала за один край. Потом за другой.

Как тут не отвлекаться? Красный свет только подогревал чувствительность.

На несколько долгих секунд Бернарда заворожили плавные движения руки на

своём члене, а потом он ощутил, как Юэн, тоже приспустив свои шорты, прижался к его оголённым ягодицам.

— Так мы... — сбивчиво проговорил Бернард, — занимаемся гончарным делом?

— Именно, — прошептал Юэн на ухо. Ладонь его активно заскользила вверх и

вниз по всей длине ствола, и от этого пикантного зрелища захватывало дыхание.