— Мне, собственно, нужна хозяйка, — ответил Вепрь. — Я был у вас давеча, по поводу обмена квартиры. Вы, наверное, Валерий Анатольевич Курженко, хозяин? Антонина Васильевна не разговаривала с вами по этому вопросу?

Мужчина со вздохом пригладил пятерней волосы и распахнул дверь:

— Пройдите… Владимир, кажется?

— Так точно, Володя.

Вепрь шагнул через порог и очутился в знакомой уже прихожей. Хотя что-то за эти дни здесь неуловимо изменилось. Будь Вепрь в самом деле представителем компании «Терра Нова», заинтересованным в данной жилплощади, он, почувствовав отчуждение и несвоевременность своего визита, скорее всего ушёл бы, пообещав зайти в другой раз. Но поскольку он сам был виновником создавшейся тяжелой атмосферы в доме Курженко, приходилось делать вид, что он ничего не замечает и горит желанием вплотную заняться делами.

Так же, как и два дня назад, Вепрь прошел в комнату, где глазам его предстала Антонина Васильевна, Тонечка, но уже не столь жизнерадостная и беспечная, как в прошлый раз. Она сидела, с ногами забравшись на кушетку, облокотившись на спинку и ладонью прикрыв глаза. Заслышав шаги, она убрала ладонь с лица, вымученно улыбнулась и опустила ноги.

— Добрый день, Антонина Васильевна, — бодро приветствовал её Вепрь. Сделав вид, что не замечает ее заплаканных глаз, столь же бодро продолжил: — Як вам все по тому же вопросу. По квартирному. Начальство из меня всю душу вытрясло, ему невдомек, что не все на свете зависит от меня.

Повернувшись, он наткнулся на тяжелый взгляд хозяина. Тот неопределённо тряхнул головой и сел на кушетку рядом с женой.

— Ох, не до квартир нам сейчас! — с горечью отозвалась Тонечка.

Всхлипнув, она утерла выступившие слёзы.

— Мы и думать об этом забыли… Беда у нас случилась, Владимир…

Губы у нее разъехались, уголки рта печально опустились, и она вновь прикрыла глаза ладонью. Последовал затяжной лихорадочный всхлип. Муж обнял ее за плечи и пробормотал: «Ну-ну, не надо, этим не поможешь…»

— А может, я могу вам чем-нибудь помочь? — осторожно предложил свои услуги представитель компании «Терра Нова».

— Не знаю, Володя… Я уже ничего не знаю, — захлюпала Тонечка, не отрывая ладони от глаз. Зато муж её с надеждой поднял глаза на гостя.

— Дочь у нас потерялась, — пояснил он коротко.

— Как потерялась? — недоуменно переспросил представитель «Терры Новы».

Реакция на этот вопрос была неожиданной даже для Вепря.

Курженко вдруг вскочил с кушетки, взмахнул руками, будто стоял перед оркестром с дирижерской палочкой, и завопил, шагнув к Вепрю:

— Потерялась! Как у нас люди теряются? Был человек — чик-чирик и нет человека! Весной оттает! А ты с обменом своим вонючим к людям пристаешь!

Мелкая дрожь пробежала по его телу. Бешенство в один миг сменилось апатией, и он, словно обессилев, опустился на кушетку, обхватив голову руками.

— Зачем вы так? — укорил его Вепрь. — Может, всё ещё не так страшно. Кому бы понадобилось её убивать? Давно она пропала?

«Два дня назад, в семь часов вечера», — мысленно ответил он сам себе, но тем не менее участливо выслушал ответ убитого горем Курженко» отца:

— Последний раз ее видели в воскресенье, около семи вечера. Она сказала своим друзьям, что сходит домой за кофтой, становилось уже прохладно, и… и не дошла… А там до дома-то — метров двести пройти, они обычно в детском саду, в беседке кучковались… В милиции на нас как на полоумных смотрели — два дня для них не срок… да и с Викиной репутацией… Она у нас на учёте в детской комнате милиции состоит. Но она всегда ночевала дома! А если задерживалась, мы всегда знали, где она.

— Всегда? — с сомнением спросил Вепрь.

— Ну, почти всегда, не важно. Однако домой она всегда возвращалась. И потом, если не мы, то кто-нибудь из ее друзей знал, где она находится…

Речь хозяина была прервана тоскливым воем. Хозяйка, запустив пальцы в обесцвеченные кудри, зажмурилась и, продолжая подвывать, ткнулась лбом в колени. Муж даже не шевельнулся.

— Антонина Васильевна, — позвал её Вепрь.

Оторвав голову от коленей, она подняла на него глаза. Они были красные, и вокруг глаз покраснело, даже на шее выступили красные пятна, а по пухлым щечкам стекали слёзы.

— А вы знаете, Володя, сколько уже таких исчезновений было в последнее время? — спросила она. — Вы телевизор смотрите? Только за этот месяц и только из нашего района пропали четыре девочки. Наша Вика — пятая.

— Я не спорю, все это очень серьезно. Я слышал о людях, которые похищают девочек и перепродают их куда-то на Ближний Восток. — Вепрь с умным видом запугивал несчастных родителей, замечая, что это в какой-то степени доставляет ему удовольствие. «Не садист ли я? — подумалось вдруг ему. — Очень похоже на моральное уродство, но меня почему-то тянет хихикать, глядя на этого убитого горем мужика».