Северус схватил его за плечи сильными жесткими пальцами. Черные глаза сердито заблестели.

— Я рассказал тебе это не потому, что у меня приступ болтливости, — сквозь зубы прошипел он. — А потому, что ты не понимаешь, что происходит вокруг! Ты соображаешь, что наделал своими откровениями у пани Барбары? Нет? А теперь выслушай, будь столь любезен! Дамблдора задумали убрать, ликвидировать, он знал это и всеми силами пытался избежать незавидной участи опального масона! Не просто масона, — пугающим тихим голосом прибавил Северус. — Альбус поднялся на вершину, с которой не сходят по желанию, а двигают прямым ходом на Вечный Восток! Все мы жить хотим, мой шеф. Много ли ты знаешь людей, похожих на тебя, как брат-близнец? Да ни одного! Нет такого второго проедающего душу зеленоглазого мальчишки, не существует в природе! Ты один! Альбусу невероятно повезло. Нашелся человек, похожий на него больше, чем родной брат, притом фактически смертник! Это было чудо, совпадение, дар судьбы! Но ты — ты! — своей благодетельной болтовней отрезал Дамблдору все пути, лишил права спокойно прожить остаток жизни! Для тебя теперь нет выхода, разве что попытаться исправить то, что натворил, и уж если не помочь кампании Альбуса, то хотя бы не навредить больше, чем уже ухитрился!

Гарри замер в железных объятьях, растерянно моргая.

— Если лейбористы победят, Альбус Дамблдор выйдет из подполья, а ЕСЛИ НЕТ? Подумай, хорошо подумай, мой шеф!

Г. Дж. показалось, пылающие глаза Северуса сейчас прожгут дыры в его мозгу, и вот-вот пойдет дымок.

— Альбус не мстительный человек, в отличие от Тома, за что я его уважаю, но всему есть предел, стань на его место! Он сейчас рвет и мечет!

— Что ты орешь! — не выдержал Гарри. — Отцепись, больно, — он с трудом отодрал его пальцы от своего плеча. — Не хочу я на его чертово место! — Г. Дж. мысленно отмел образ себя с бородой и в круглых очках. — Почему я должен ему сочувствовать? Дамблдор сам заварил свою масонскую кашу! Из-за него всем одна головная боль, разве ты не видишь?

Северус выпустил его из захвата и отодвинулся на кровати, уставившись в потолок.

— Verdammt noch mal, — пробормотал он.

— Из-за него мы с тобой ссоримся, — сердито подытожил Гарри.

— Мы не ссоримся, — буркнул Северус. — Ты принимаешь решение, забыл?

— Какое еще реше... Издеваешься? — вновь вскипел Г. Дж. — Я сказал, я с тобой, что еще?!

Северус задумчиво изучал потолок широко раскрытыми глазами.

— Если вдруг узнаешь обо мне что-нибудь, что тебе не понравится, ты вправе передумать, — мрачно сказал он. — Я не ангел, и навряд ли когда-нибудь обрасту святостью.

Гарри придвинулся ближе и потер пальцем злодейскую морщинку между бровей.

— Не хмурьтесь, мистер Снейп.

— Как с вами не хмуриться, мистер Поттер? — возмутился редактор, притянул его к себе, сунул нос в растрепанные волосы и расстроенно вздохнул.

Г. Дж. растянулся на его груди, положив щеку на измятую рубашку, прислушиваясь к стуку сердца и знакомому чувству нарастающего возбуждения — их телам было наплевать на разговоры о политике.

— Драко Малфой... он тебе хоть помог на допросе? — Гарри опустил руку и переплел свои пальцы с пальцами Северуса.

— На котором допросе? — с недоумением переспросил редактор. — Ты про беседу с Риддлом? Хм... Драко на пушечный выстрел не подпустили, само собой. Удивляюсь, зачем он вообще приехал. Я хотел вас познакомить, чтобы он защищал тебя, в случае чего.

Гарри приподнялся на локтях и вперил в черные глаза проницательный сканирующий взгляд.

— Это тот МАЛЬЧИК, с которым ты собирался меня свести?

Губы Северуса тронула легкая ухмылка.

— Не понравился?

— Ах ты, сволочь! — взвился Гарри. — Я так и знал!

— Любишь старых козлов? — прищурился зловредный сводник.

— Да! — рявкнул Г. Дж. — Чем старее, чем козлее, тем, тем...

Он сдавил его руками и ногами, целуя взахлеб, кусая губы и скулы, дрожа от нежности и непонятного чувства близости, не сексуальной, но душевной, и оттого еще более мучительной.

— Ты мой, и будешь мой, пока дышу... пока живу, — пробормотал Г. Дж., раздирая его рубашку и жадно облизывая чуть соленую кожу на груди. — Ненавижу их всех, и Риддла, и Дамблдора... Одинаково ненавижу! Спорим, ты держишься старикана еще и потому, что он гей?

— Ты имеешь в виду, не было ли это в свое время подкупающим обстоятельством? — Северус обнял его сведенными бедрами и скрестил руки на пояснице. Темные глаза искрились смехом.

— Вот именно! — сердито сказал Гарри. — Да! Мистер Дигори считает, что геи должны помогать друг другу и бла-бла-бла. Как евреи, разбросанные по свету.

Редактор беззвучно расхохотался.

— Дайте я вас поцелую, шеф.

— Что я такого сказал? — насупился агент Поттер.

— Ничего, — прошептал Северус. Глаза его начали знакомо пьянеть. Руки скользнули под свитер Гарри, поглаживая спину.

Одним рывком Г. Дж. содрал свитер, швырнул куда-то в сторону и кинулся выщипывать оставшиеся пуговицы на редакторской рубашке.

— Убью Малфоя, Дамблдора и Риддла, — с яростью прошипел он, извиваясь в обнимающих руках. — И Лавгуд!

— Господи ты боже, — заморгал Северус. — А Луна тут при чем?

— При том! — воскликнул Г. Дж. и с жадностью собственника накинулся на его губы. — Ты ее любишь! И нечего бровью шевелить!

— Маленький ревнивый шеф, — Северус сдавил его ногами и руками, поймал обиженно дрожащие губы своими и вздохнул таким счастливым удовлетворенным вздохом, что Гарри истек нежностью и христианским всепрощением.