При упоминании о казни Чандандаса весь гнев Ракшаса прошел. Ему стало не по себе, когда он

вспомнил, что его друга ожидает смерть. Министр уже собрался идти, когда раздался крик. “Да сопутствует

победа махарадже!” — и в сопровождении свиты появился сам Чандрагупта. Ракшас нахмурился и отвернулся.

Чандрагупта сделал вид, что ничего не заметил, и обратился к солдатам, которые окружали Чандандаса.

— Как же так? — гневно спросил он. — Вы до сих пор не повесили цареубийцу! Как это назвать? Сейчас

же принимайтесь за дело! Это страшный преступник, и его нужно жестоко наказать.

— Махараджа, — заговорил один из чандалов, — мы хотели выполнить твое распоряжение, но тут

пришел министр и велел подождать с казнью до тех пор, пока он сам не принесет приказ о помиловании.

— Кто? Министр Ракшас? Так, так… И он здесь?

— Да, Чандрагупта, я здесь, — проговорил Ракшас, выходя вперед. — Тебе нужны моя жена и дети. Что

еще тебе надо от меня?

— Вы хотите, министр, — спросил Чандрагупта, — чтобы я отпустил человека, который помогал врагам

государства? Он вступил в сговор с Парватешваром, и яма перед дворцом — дело его рук. Но этот предатель

говорит, что выполнял ваш приказ. То, что Чандандас и Парватешвар рассказывают о себе, очень похоже. У них

одни и те же оправдания. Я не сомневаюсь, что Парватешвар — вдохновитель заговора, но мне не верится, что и

вы здесь замешаны. Об этом я вам уже говорил. Так как же я могу помиловать Чандандаса? К тому же он и вам,

возможно, причинил вред. Ведь до сих пор мы ничего не знаем о вашей семье. Я думаю, что когда ваша жена и

дети были в его власти, он отправил их к варварам грекам, чтобы вас считали их союзником. Может быть, это и

не так, но у нас есть подозрения. И мы хотим, чтобы ваша семья была в безопасности.

— Нет, Чандрагупта, — ответил Ракшас, — Чандандас не способен на такую низость. В этом я

совершенно уверен и не сомневаюсь, что он был обманут. Ведь Парватешвар тоже получал письма с моей

печатью. Вы должны отпустить Чандандаса. Я прошу.

— Ваша просьба, министр, для меня повеление. Однако…

Чандрагупта замолчал, и тут заговорил Бхагураян.

— Однако вам лучше оставить свое высокомерие, — проговорил он, — и снова взять на себя управление

государством.

— Бхагураян, зачем возвращаться к старому? — ответил Ракшас. — Ты, наверно, думаешь, что я перейду

на сторону убийц? Разве ты забыл, что я обещал? Я никогда не нарушу данного слова.

— В таком случае, — сказал военачальник, — как может быть нарушен приказ о казни?

— Что ж, — тихо произнес Шакатдас, обращаясь к Ракшасу, — значит, моего друга спасти нельзя. Зачем

же вы обнадеживали и меня и эту благочестивую женщину?

Ракшас молчал.

Гла в а XXXVI

ВЕРНОСТЬ СЛОВУ

Ради спасения своего друга министр готов был пожертвовать семьей, поэтому он так стремился узнать у

Чандандаса, где находятся жена и дети. Однако Чандандас, по-видимому, догадался о намерениях Ракшаса и

упорно молчал. Министр видел, что настаивать бесполезно.

“Чандрагупта, конечно, освободит Чандандаса, — если я признаю его махараджей и подчинюсь”, —

думал Ракшас.

Но он не мог принять предложения Бхагураяна.

“Разве все останется по-прежнему, — спрашивал он себя, — если я нарушу свое слово и буду служить

цареубийцам и палачам? Нет, я не смогу даже рада Чандандаса пойти к этим негодяям и изменить Нандам”.

И Ракшас принял решение.

— Чандандас и его жена могут погибнуть, — прошептал он. — Но я не должен нарушать клятву. Нет,

только не это.

Ракшас повернулся к Чандандасу и заговорил:

— Ради твоего освобождения я принял бы любые муки. Но чтобы спасти тебя от смерти, я должен пойти

на службу к людям., которые предали и убили раджу. А я не могу идти против себя самого. Думай о Владыке

Кайласы и стойко встречай свою смерть. Мне больше нечего тебе сказать. У меня нет другого выхода. Пусть

даже ты и не подозревал ничего, эти люди поймали тебя в свои сети. Ты согласился помогать им и понесешь

наказание.

Слова Ракшаса поразили Чандрагупту и Бхагураяна. Они ожидали, что при виде опасности, которая

грозит его другу, министр сделает все, что ему скажут. Но обоим теперь было ясно, что Ракшас не будет их