– О, я думал, ты оценишь, – ухмыльнулся Дэвид. – Тебе ведь не впервой пули ловить. Или ты думал, что я предпочту укокошить тебя твоим же оружием? – он кивнул на снятые Арчером доспехи. – Дай угадаю, ты рассчитывал, что я захочу унизить Избранного всеми возможными способами, попытавшись, по глупости своей, воспользоваться его прибамбасами? Примитивно, братец: Монро рассказал мне про эту фишку с тактильной памятью – я знаю, что кроме тебя этими штуками никто пользоваться не может. Черт, Дэни, это так предсказуемо, что мне не нужно было прибегать к своим способностям, чтобы раскусить тебя, – он улыбнулся и подмигнул в камеру наблюдения. – Знаешь, я ведь неслабо в тебе разочаровался: конечно, я знал, что ты слабый, но чтобы настолько…

– Это взаимно, – Арчер наконец-то смог сконцентрироваться. Было ли дело в таблетках, что ниса подмешивала невидимке, или же Абрамс просто расслабился и утратил бдительность, преждевременно празднуя победу, но вот уже несколько минут Кей просто-напросто изображал парализованность. Мужчина не до конца понимал, как он это сделал, но он не просто смог освободить свое тело от невидимых пут, но и контролировать свой разум. Словно, у него внутри сработал защитный механизм, некий инстинкт, который сам знал, что и как делать; какие воспоминания скрыть, а какие показать, и, самое главное, как выгнать невидимку из головы. Единственная причина, по которой Кристиан до сих пор этого не сделал, заключалось в том, что он не хотел, чтобы кукловод понял, что сам превратился в марионетку. – После всего, что я о тебе слышал, я ожидал увидеть чуть ли не дьявола во плоти, а вместо этого столкнулся с обыкновенным петухом, который мнит себя павлином, лишь оттого что натыкал в зад длиннющих перьев и при каждом удобном случае выставляет их напоказ, – лицо Абрамса застыло, превратившись в маску. – Что ж у вас, землян, за мода-то такая: чесать языком вместо того, чтобы делать дело? Хочешь убить – убивай, к чему вся эта патетика? – на лице Дэвида не дрогнул ни один мускул, но все же Кей понял, что достиг цели: благодаря нисе, которая набила ему самому кучу шишек, Арчер знал, что мужчины действительно обладали очень хрупким эго, даже если они этого не показывали. Кристиан видел, что Абрамс с каждой секундой становился все злее: этого Кей и добивался. Он хотел довести невидимку до кондиции, когда управлять его действиями будет злость или ненависть, а не разум. – Так поведай мне, сучок моего генеалогического древа, какого черта ты устраиваешь целое представление из самой обыкновенной дуэли?

Внезапно Дэвид улыбнулся, чего Кей никак не ожидал. Что-то было не так.

– А кто сказал, что это представление для тебя, братец? – весело осведомился Абрамс и, подмигнув в камеру наблюдения, выстрелил.

Николь решительно ничего не понимала. Секунду назад Дэвид прожигал взглядом камеру, а затем, непонятно почему, напрочь забыл о ней. Его взгляд сместился в сторону, а губы задвигались: он разговаривал с кем-то, но, судя по другим камерам, никого, кроме него, снаружи не было. Девушка поначалу даже думала, что Зомби ошибся, задал не те координаты (если в том турбо-лифте надо было вводить координаты) и отправился не на улицу, к Дэвиду, а прямиком в открытый космос. Как назло, Арчер не включил звук перед уходом, а потому девушке ничего не оставалось, кроме как пялиться на монитор и упражняться в чтении по губам. Последнее, как она поняла чуть позже, было явно не ее.

Через какое-то время, когда Никки уже отчаялась хоть что-то понять в происходящем, в правом нижнем углу экрана появилось маленькое окошко. Девушка испугалась и отшатнулась от панели, подумав, что случайно нажала злополучную красную кнопку. Но нет, придя в себя, Никки поняла, что это было видео с той же камеры наблюдения, только инфракрасное. Будь то тепловой датчик или еще что-то вроде этого, но оно отображало то, чего не было видно на большом экране. Николь стреляла глазами от одного окна к другому: на первом видео снаружи был один человек; на втором – два.

– Какого хрена? – прищурившись, девушка придвинулась совсем близко к экрану, силясь разглядеть второго человека, но в инфракрасном цвете он был похож на красно-оранжевое размытое пятно. Черт, неужели теперь Зомби стал невидимкой?!

С замиранием сердца Николь наблюдала за тем, как мужчины ходили кругами, не торопясь начинать дуэль. Хотя, возможно, само сражение уже началось, просто мужчины решили ради разнообразия поупражняться в красноречии, прежде чем непосредственно перейти к кровопролитию. В какой-то момент Николь даже начало казаться, что Арчеру удалось достучаться до Дэвида, раз они все еще не попытались убить друг друга. Однако облегчение, что только-только начало зарождаться в ее сердце, растворилось в одно мгновенье, когда Кей стал виден но обоих экранах.

– Что ж ты делаешь, Зомби? – прошептала Николь, не отрывая глаз от монитора и закусив ноготь большого пальца. – Нафига ты стриптиз-то устроил???

Но она уже знала ответ. Она знала, как выглядит человек, оказавшийся в плену собственного тела, ведь она сама не раз бывала в подобном положении. Ее рука непроизвольно дернулась к кнопке. Зомби сказал нажать, если ей что-то не понравится, а Николь не нравилось абсолютно все с тех пор, как Арчер вошел в лифт, но… Девушка так и видела, как на ее плечах сидят две маленькие Николь – одна в белом, другая – в красном. Та, что с нимбом, во весь голос молила не нажимать кнопку и дать братьям шанс. Та же, что с хвостом и рожками, была абсолютно уверена в том, что у Арчера, как и всех крутых парней, был запасной план: а даже если и не было, то он придумает его по ходу дела. Черт! Что же ей делать?!

Братья, тем временем, продолжали разговаривать. Они остановились, и теперь Николь видела только лицо Дэвида, в то время, как Кей стоял к ней спиной. Натянутой, плененной спиной. Каждый раз, когда девушка собиралась опустить руку, происходило что-то еще, и она снова тянулась к кнопке: то Демон вытащил пистолет, то посмотрел прямо в камеру, отчего внутренности девушки чуть ли не сворачивались в трубочку – зная, что это невозможно, она все равно не могла отделаться от чувства, что Дэвид мог ее видеть. От вечных дерганий у Николь уже развился нервный тик. Черт, ну почему Зомби не включил звук?! Она же ничерта не понимала ни в технике, ни в их языке, на котором эта техника разговаривала. Однако вскоре девушка поняла, что звук был не нужен: даже глухой в состоянии понять, что если один человек направляет пистолет в лицо другому человеку, то дело – дрянь.

– Господи, что мне делать, что мне делать, что делать, что…, – пальцы, находящиеся всего в паре миллиметров от кнопки, предательски дрожали. Был у Зомби запасной план или нет, но если Николь активирует турели сейчас, Арчер умрет. У него просто не хватит скорости, чтобы спрятаться, да и куда? Но если она ничего не сделает, то Дэвид убьет его. Николь ни на секунду в этом не сомневалась: лицо Демона говорило красноречивей любых слов. Дура! Почему она полезла защищать Дэвида?! Ну убил бы Зомби брата, что в этом такого – он его даже не знал! Черт, ну зачем, зачем она влезла со всеми этими откровениями?! Зачем?!