всего пять-шесть человек.

– И в эту самую команду входил мой отец, который толком

не то что морского узла, а обычный бант завязать не мог, –

Рик продолжал источать недоверие.

– Смотрю, ты мне не веришь? Тогда как ты отреагируешь

на это... – В руках Оливера возник клочок старой

потрепаной бумаги.

Список содержал около пятидесяти незнакомых имен,

среди которых имелось имя Лиджебая Джейсона ол

Стерна.

– Откуда это у тебя?

– Ну, уж точно не из твоей библиотеки. Я вырвал ее из

справочника королевского судоходства. Только не

спрашивай: как мне удалось это сделать? - все равно не

отвечу.

Договорив, Оливер гордо блеснул глазами и, внезапно

остановившись, указал на противоположную часть улицы.

– Вот он - неприступный замок твоего мистера-капера,

злодейского возмутителя спокойствия семьи Джейсонов, -

торжественно провозгласил он.

Рик пригляделся к названию и обомлел. Они стояли рядом

с гостиницей «Дорожная пыль».

– Зачем мы здесь?

– Ты считаешь меня пустословом, мой друг… а зря. Я

побегал по городу, потолкался среди завсегдатаев

прибрежных таверн, и выяснил, что моряки с сомнительным

прошлым, прибыв в Прентвиль, останавливаются именно

здесь.

Посмотрев исподлобья на невысокое мрачное здание с

небольшими вытянутыми окнами и красной черепичной

крышей, Рик ощутил, как по спине пробежала ледяная

дрожь. Представив новую встречу с мистером Сквидли, он

невольно сделал шаг назад. К его счастью приятель этого не

заметил. Воодушевленный странной игрой Оливер просто

источал невероятную веру в победу. Возможно, именно его

настрой и придал Рику дополнительных сил.

– Может быть, повременить?
– все же в последний момент

предложил он приятелю.

– Никаких отступлений - вперед и только вперед. Именно

в этих стенах нас ждет безоговорочная Виктория, как

говорил генерал Турдиус, - процитировав слова

незнакомого Рику вояки, Оливер поднял указательный

палец вверх, словно действительно собирался идти в атаку.

Стараясь не выглядеть в глазах приятеля трусом, Рик

покорно двинулся следом. Но чем ближе он подходил к

гостинице, тем неуверенней становилась его поступь.

Фасад здания с парой эркеров съежился, строгое

прямоугольное очертание изменилось, став похожим на

древнее морское чудовище. А широкая лестница со

скульптурами двух спрутов оскалилась хищной пастью.

Застыв на пороге, Рик набрался мужества и ударил в

дверной молоток, радуясь тому, что эти ужасные создания

живут только в его воспаленном воображении.

Изнутри послышались шаги, вернее глухие удары, а затем

едва различимое шарканье. Почти у самой двери идущий

остановился, выругался, то ли на себя, то ли на свою

никчемную жизнь и затих. Чуть погодя, двустворчатое

препятствие медленно отворилось, и прежде чем Рик успел

рассмотреть служителя гостиницы, на них с приятелем как

из рога изобилия посыпались разнообразные проклятия:

– Ну, чего приперлись, крысы?! Какого вам здесь надобно,

провались подомной палуба? Или в конец заплутали?!

Шкоты, фаты и брасы вам в глотку?! Если нет, то

приготовьтесь получить тумаков прямо сейчас. Я почем зря

тридцать пять шагов за день не делаю. Вот, отхожу вас

палкой, как местных попрошаек!

Попятившись, Рик уперся в грудь Оливера – но тот и не

думал отступать.

Еще чуть-чуть и глухой удар. Служитель гостиницы

выплыл из полумрака коридора на солнечный свет, как

мертвец из мутных вод, и оказалось, что выглядит он еще

хуже, чем его портовые ругательства. Слегка покачиваясь

на одной ноге – вместо второй торчал деревянный костыль

– сквернослов был облачен в старую достаточно короткую

куртку нараспашку, из-под которой виднелась холщовая

рубаха грязно-желтого цвета. Лицо было еще более

отталкивающе: густая и почти седая борода хранила в себе

остатки вчерашней, а может быть даже прошлогодней еды.