Она не сразу нашла в себе смелость, чтобы заговорить, но всё же начала:

— Видимо… мне нужно говорить прямо…

Юнха остановилась, когда её голос дрогнул. Снова набрала воздуха и продолжила:

— Я скажу тебе прямо. Ты нравишься мне… очень сильно нравишься.

Его взгляд изменился. Так Мун смотрел на неё всего пару раз, и тогда, как и сейчас, Юнха ощущала, что мурашки бегут по телу от такого взгляда.

Она затаила дыхание, ожидая ответа.

Мун медленно наклонился, подождал мгновение, а потом коснулся её губ.

В первый миг Юнха замерла. Странное было ощущение, непохожее на все поцелуи, что были у неё раньше. Странное, но вовсе не плохое. Иное — как будто она ощутила не только касание губ, но мира по другую сторону реки, мира за пределами человеческого. Если пойти этой дорогой, назад пути не будет, подумала она, прежде чем потеряла способность мыслить связно.

Прошёл ещё миг.

Юнха вдруг, будто в ней взорвалось что-то и толкнуло её вперёд, впилась губами в губы Муна, пробуя его на вкус жадно, словно и не надеясь даже утолить вспыхнувшую потребность.

Ощущая стук его сердца и как всё теплее становится он — в противоположность тому холоду, который тоже умел создавать.

Теплее, чем может быть человек, и её кожа — на пальцах, ладонях, лице, везде, где соприкасалась с ним, — тоже теплела, будто согретая жарким солнцем.

Юнха проснулась очень рано, едва рассвело, и не смогла понять почему: дело точно не в будильнике, сегодня день накануне Чхусока, будильник должен быть выключен. Но что-то мешает упасть обратно в сон, какое-то назойливое гудение.

От злости она проснулась достаточно, чтобы сообразить: кто-то настойчиво пытается ей дозвониться.

В такую рань в выходной это не могли быть даже скамеры, и злость тут же уступила место тревоге.

Юнха схватила смартфон: звонила Чиён. Такого не было ещё никогда — в такое время, так настойчиво, не боясь разбудить подругу.

Чиён даже не поздоровалась:

— Ты ещё не видела новостей, — это не звучало как вопрос, — они появились где-то четверть часа назад, но теперь повсюду. Проверь по «КР Групп».

Дрожащим пальцем Юнха включила громкую связь и открыла поиск. Даже запрос делать не пришлось: новости были прямо на первой странице.

— Так быстро они могли распространиться только специально, — продолжала Чиён. Её голос был на удивление ровным, лишь эхо беспокойства звучало в нём, и Юнха представила, как Чиён с абсолютно белым лицом вжимает ногти в ладони или кусает губы, чтобы не выдать истинных чувств, оставаться островком спокойствия, потому что именно это сейчас будет нужно её подруге.

В новостях склоняли проект офистеля и то, что компания нашла в нём нарушения. В результате тайного внутреннего расследования выяснилось: некая сотрудница отдела планирования — даже фамилия её пока не озвучивалась — причастна к тому, что опасность строительства для соседних домов была скрыта. У сотрудницы ранее уже было взыскание по схожему поводу, однако ей дали шанс на исправление. И напрасно! Пока неизвестно, по чьему именно приказу или в чьих интересах это было сделано, но вся информация передана в прокуратуру и дальнейшее расследование будет проводиться государственными служащими.

И так далее, и тому подобное.

Юнха листала ленту новостей, читая заголовки и выдержки, в каком-то отупении. Чиён продолжала говорить, но Юнха выхватывала из её речи только отдельные слова. Кажется, Чиён не спалось — в последнее время она плохо засыпала и рано просыпалась, она листала новости, когда они вдруг… изменились на глазах. И снова про то, что всё спланировано и давно, не может быть, что они провернули это всё без подготовки.

— Где… — она хотела спросить «где Ли Кын?», но вовремя осекалась. — Ты говорила с Санъмином?

— Ну, я написала ему сообщение, он не ответил.

Кажется, Чиён даже не пыталась звонить ему, сразу набрала Юнха. С другой стороны, о Ким Санъмине в новостях не было ни слова.

В дверь постучали, и Юнха испуганно вскинула на неё взгляд.

— Это я, — раздался приглушённый голос Ок Муна.

Юнха, нервно сжимая в руке смартфон, бросилась к двери.

От Муна веяло холодом и злостью, но на кого конкретно — неизвестно.

— Они уже близко, но мы можем успеть, — сказал он, закрывая за собой дверь. И видя недоумение Юнха, пояснил: