Утром следующего дня их изрядно усиленный отряд, в котором кроме Эдвина с Адель и студентами, присутствовала охрана, лесоруб Даг, и группа мужиков на повозках, они отправились к лагерю лесорубов.

Эдвин подъехал к Адель. Вчера они долго не засиделись, которотко обсудили основные предложения графа и договорились встретиться после поездки.

Крестьяне и жители поселка (или деревни, как посмотреть) провожали их процессию.

— Глядь как едут, вчера вечером, говорят, ходил как кот вокруг дома ейного, а когда вышла, схватил за руку и отпускать не хотел, все нашептывал комплименты, — негромко говорила одна крестьянка другой. Не слишком громко, но достаточно.

Они стояли большой компанией, и разве что пальцами не показывали в своего нового барона. А может и показывали, но только когда Эдвин проезжал мимо них и ничего не видел.

— Ага, знаю, — кивнула та, что постарше. — Она к нему ночью в гости зашла. Ненадолго, не та молодежь пошла. Вот помню я, на сеновале в свои годы…

Эдвин повернулся к Адель, лицо которой приняло цвет помидора. То ли от злости, то ли от стыда. Скорее всего, что-то среднее.

— Я не поняла, — зло прошипела она, оглядываясь по сторонам. — Это что такое?

— Я все могу объяснить! — тут же принялся защищаться Эдвин.

Они выехали за пределы поселка. Выехали очень быстро, что еще раз указало Эдвину, что это и не поселок вовсе, а просто деревня.

— Не можешь, — спустя еще минуту молчания сказала Адель. Она даже не спрашивала, а именно утверждала.

Такие случаи бывают крайне редко в жизни каждого мужчины, но это произошло: Эдвин мог все объяснить, но благоразумно промолчал. Конечно, он мог сказать, что вчера ее обо всем предупреждал, и это исключительно ее вина. Ведь не его видели пробирающимся ночью по чужим огородам, или каким там путем она шла. Возможно несколько лет назад он бы так и сделал. Только вот Эдвин стал немного старше, можно даже сказать опытнее, и он промолчал. Как он знал по своему не слишком веселому опыту, девушки не любят, когда им указывают на их промашки. И даже если ты прав, они все равно на тебя обидятся. И придется извиняться.

— Да, извини, — сказал он. — Не могу.

«Но это твоя вина!», — и ему стало немного легче.

Элира и Тейн держались позади, не обращали ни на кого внимания, и мило беседовали. Эдвин задумался, как эти два удивительно непохожих друг на друга студента нашли друг друга. Вспыльчивая магичка огня и спокойный уверенный в себе маг воздуха. С другой же стороны, ежедневная работа на свежем воздухе в паре сближает. С развлечениями в его баронстве туго…

— Тейн, — позвал он мага.

Тот подъехал к нему, поравнялся, и приготовился слушать.

— Чем вы вообще занимались все эти дни? — решил уточнить наконец «господин барон».

— Держишь руку на пульсе, да? — раздался сзади язвительный вопрос Элиры. — Так сказать, каждый день узнаешь, что происходит на твоих землях и всегда в курсе событий?

Сарказм можно было лопатой разгребать, так много его было.

— У Эдвина наверняка есть дела и поважнее, — дипломатично заметил Тейн. — Вряд ли ему так интересно следить за группой студентов и интересоваться нашими делами.

Молодой маг еще раз про себя отметил спокойствие этого мага. Пусть они с ним и не общались особо по пути сюда, но он ему начинал нравиться. Он помнил его личное дело, и в принципе история этого мага практически не отличалась от его собственной. За ним не было богатого аристократического рода, да и вообще не было родителей. Как и он сам, Тейн попал в академию в совсем юном возрасте, и она заменила ему семью. И пусть им всем утверждали, что даже после окончания обучения они всегда могут рассчитывать на помощь, Тейн хотел стать сильнее и влиятельнее самостоятельно. Сидя в академии и занимаясь рутиной вершин не достигнешь. Для этого надо проливать свой пот, желательно чужую кровь, и частенько рисковать. Можно пойти работать на любой аристократический род, а спустя пару десятилетий даже влиться в него… мало кто выбирал такой путь. Маги росли с осознанием своей исключительности и постоянно читали про успехи других. А иногда и видели живые примеры, каким для Тейна стал сам Эдвин.

— Сейчас двигаемся к лесорубам… — начал описывать план действий маг. — Не знаю уж, до чего Даг договорился с моим управляющим…

Эдвин оглянулся на повозки. Даг светился от счастья, а повозки были забиты бочками, инструментом и людьми.

— … но будет у меня еще одна деревня. Они начнут расширяться прямо сейчас, в нагрузку им оставим всю мою охрану, и дальше вчетвером поедем к исследователям, если их там не сожрали еще.

— Ваш управляющий был бы против вашей идеи бросить охрану.

— Его же здесь нет, — усмехнулся он. — Да и с чем не справимся мы вчетвером? Четыре мага это сила.

— Разбойники?

— На их счет беспокоиться не стоит, — отмахнулся молодой маг без пояснений. Адель многозначительно хмыкнула. К ним подъехала Элира. Старый эльфийский тракт позволял ехать четырем всадникам в ряд не мешая друг другу.

— Эдвин!

— Да, Элира.

— А Алиса знает про вас с Адель? — с неприятной улыбкой уточнила магичка.

«Ох и настрадается Тейн с ней…».

— О чем именно? — вежливо уточнил молодой маг. Если он чему у графа и научился, так это выдержке и вежливости. Иногда, особенно в такие моменты когда над тобой хотят пошутить или задеть, это лучшая тактика.

— Ничего не было! — вспыхнула Адель и зло посмотрела на магичку. Вот она явно у графа еще ничему не успела научиться.

— А ты хотела бы? — еще шире улыбнулась Элира.

— Леди! — чуть повысил голос Эдвин. — Во-первых, Адель права, и у нас с ней сугубо рабочие отношения.