– Где Паркер?
– спрашиваю я.
– Это ее работа.

– Прошлым вечером осталась в городе. Скоро должна быть здесь.

Я удивленно поднимаю брови, глядя на свою младшую сестру.

– Правда?

– Так точно.

– Знаем ли мы личность этого особенного человека, с которым она осталась?

– Не знаем, - пожимает плечами Рив.

На кухне бабуля и Харпер готовят яичницу с беконом, в то время как мой папа возится с тостером, а Сойер сидит за компьютерным терминалом в углу.

– Пап, мы будем перегружены субботу, - говорит он.

– Нет.

– Да. Мы с Харп отправимся в Уайтхорс с одной семьей, Хантер возьмет другую семью на ночлег в Чилкут, а вы с Таннером займетесь круизными группами в Beers, Brawls and Brothels в десять утра, полдень, два часа дня, четыре часа дня и шесть часов вечера. Никого не остается, чтобы провести экскурсию на каяках в Хейнс.

– Если мне не изменяет память, - говорит мой папа, - у меня есть еще одна взрослая дочь. Уверен, что ее зовут Паркер. Она сможет взять на себя Хейнс.

– Паркер собирается на туристическую конференцию в Ситку.

Лицо моего отца вытягивается.

– Дерьмо.

– Да, - соглашается Сойер.
– Дерьмо.

– Я могу провести экскурсию в Хейнс, - отзывается Рив, вынимая из духовки еще один противень с кексами.

– Нет, мисс, не можешь. Тебе еще нет восемнадцати, - встревает бабушка, качая головой. Она смотрит на сына.
– Гаррисон, ты должен разобраться с этим.

– Пап, - подаю голос я, - ты сможешь в одиночку провести экскурсии по Скагуэйю?

– Это будет долгий день, но да, думаю, я справлюсь.
– Он смотрит на мою младшую сестру.
– Раз уж ты так хочешь помочь, можешь пойти со мной. Я буду отправлять тебя обратно к круизному терминалу, чтобы ты собирала следующую группу, пока я заканчиваю с предыдущей. Будем работать в паре.

– Круто!
– восклицает Рив.

– Мы с МакКенной отвезем группу в Хейнс, - говорю я отцу.
– У нее в субботу выходной.

– МакКенна у нас не работает, сынок.

– Я отправлюсь с группой в Хейнс и возьму с собой МакКенну, - исправляюсь я.

– Мне очень нравится МакКенна, - признается мой папа, - но я думаю, она будет отвлекать.

– У тебя нет других вариантов, Гэри, - подмечает бабушка.

– Отлично, - соглашается отец.
– Возьми МакКенну. Но никаких обжиманий и ласк в присутствии гостей.

– Я не любитель нежностей, - говорю я, наливая в графин горячий кофе и завинчивая крышку. Мне требуется секунда, чтобы осознать, что шум на кухне полностью стих. Когда я оборачиваюсь, пять пар глаз Стюартов устремлены на меня.
– Что?

– Любитель, - заявляет Харпер.

– Еще какой, - вторит Рив.

– Бабуля, - говорю я, - помоги мне.

– Не могу, - отзывается она, выкладывая яичницу-болтунью на блюдо.
– Девочки говорят правду. Ты проявляешь нежность, потому что влюблен.

– Вы втюрились друг в друга, - подтверждает Сойер.
– Это не так уж плохо.

– Что не так уж плохо?
– спрашивает Паркер, влетая на кухню.

– Где ты была?
– спрашиваю я.

– Хороший вопрос!
– щебечет Рив.

– Разве ты не в этой толстовке была вчера?
– спрашивает Сойер.

Пока они устраивают Паркер допрос с пристрастием вместо меня, я наполняю свои руки графинами с кофе и незаметно ретируюсь в обеденный зал.

***

Когда две недели назад мы подали заявление в полицию на Рамону, Джо пообещал заехать в Kozy Kone и поговорить с ней о том, чтобы оставила нас с МакКенной впокое. К моему удивлению и облегчению, с тех пор она нас не беспокоила. Да, она бросает на нас неприязненные взгляды всякий раз, когда мы сталкиваемся с ней, но она больше не устраивает сцен, не угрожает нам и не уничтожает ничего из моего имущества.

Думаю, мои сестры были правы; Рамона наконец-то поняла, что я двигаюсь дальше, и она тоже решила не стоять на месте… вот почему я поражаюсь, увидев ее стоящей перед “Пурпурным пастернаком”, когда завожу МакКенну на смену.

– Что здесь происходит?
– спрашивает МакКенна, когда я паркуюсь.

– Понятия не имею.
– Я наклоняюсь, чтобы поцеловать ее на прощание.
– Хорошего дня, да?

– Да, - отзывается она, глядя на Рамону, которая, прищурившись, смотрит на нее в ответ.
– Напиши мне, что бы это ни было, ладно?