– Почему бы тебе не присоединиться к своей компании?
– предлагает Джо.
– И держаться подальше от Стюартов?

– Это трудно сделать, когда один из Стюартов гоняется по всему городу

за моей соседкой по комнате.

– Оставь Сойера в покое, мать твою!
– срываюсь я.

– Таннер, - говорит Джо, кладя руку мне на плечо, - успокойся. Хантер, уведи его отсюда.

– Давай, Тан, - зовет Хантер, - пошли. Давай.

– Спасибо, Хантер, - воркует Рамона, хлопая ресницами, глядя на моего брата, - за то, что защищаешь леди.

– Здесь нет леди, - бормочет Хантер.

– Пошла ты, Рамона!
– кричу я через плечо.

– Прекрати.
– Хантер хватает меня за руку. Цепко.
– Пошевеливайся.

Мы оставляем Джо за беседой с Рамоной, а Сойера в баре - с Айви, и стоим снаружи в полумраке заправки.

– Черт!
– кричу я в небо.
– Будь всё проклято!

– Ты должен успокоиться, - говорит Хантер.
– Не позволяй ей цеплять тебя.

– У нее мерзкий, гнусный, поганый рот!

– Что она сказала? Чем тебя так выбесила?

Я смотрю на Хантера, уперев руки в бока.

– Сойер не встречается с Рамоной. Ему нравится Айви.

– Да, я заметил. Это хорошая новость, так ведь?

– Наверное, но Рамона - ее соседка по комнате. Она грозила наговорить Айви неправду о Сойере. Отвратительные вещи.

– Если Айви поверит в подобную чушь, она недостойна Сойера.

Слова Хантера такие простые и искренние, что мои глаза наполняются слезами. Чертовы слезы. Постыдные. Унизительные. Но небеспричинные.

Счастье моего младшего брата может оказаться под угрозой из-за женщины, которую я презираю.

Похоже, я не могу сбежать от нее, что бы ни делал.

И я по уши влюбился в МакКенну, которая не хочет иметь со мной ничего общего.

Это, черт возьми, меня убивает.

Я вытираю глаза рукавом фланелевой рубашки, стыдясь встретиться взглядом со своим старшим братом.

Но Хантер грубо и бескомпромиссно притягивает меня к своей груди и заключает в крепкие, медвежьи объятия. Я взрослый мужик, которого обнимает его старший брат, но я так разбит и так устал, что даже не могу его оттолкнуть. Что еще хуже, я благодарен. Потому что знаю, что он меня любит, а я люблю его. Поэтому я хватаюсь за него, пока бесполезные гребаные слезы скатываются из уголков моих глаз, а сердце сжимается от печали.

Затем, не говоря ни слова, мы садимся в машину, включаем радио и ждем, когда Сойер присоединится к нам, чтобы мы могли поехать домой.

***

МакКенна

Жизнь - отстой.

Мои глаза пылают от бесконечных слез.

Чаевые небольшие, потому что я не могу освоить все приемы “приграничного бармена”.

Мой счет за мобильный телефон взлетит до небес, потому что еще даже не конец июля, а я уже истратила лимит на переписку.

Я скучаю по Таннеру гораздо больше, чем могла себе представить. Я скучаю по простой сладости нашего совместного времяпрепровождения, по уюту его объятий, когда засыпала, по тому, как он смотрел на меня, прикасался ко мне и ставил мою безопасность и счастье превыше своих собственных.

Я не хотела влюбляться в него, но я влюбилась, и теперь, когда до моего возвращения в Сиэтл осталось чуть больше четырех недель, я не могу позволить себе влюбиться еще сильнее. Я должна отпустить его. Я должна держать дистанцию между нами, иначе я не переживу расставания.

Я плачу и из-за Мими тоже.

Я плачу, потому что, читая отчеты Изабеллы, я вижу, что она быстро слабеет, а я так далеко от нее. Мы не общаемся по Facetime, потому что это расстраивает ее, а поездка к ней только съест все деньги, которые мне нужны, чтобы заботиться о ней. Особенно сейчас.

Может было бы лучше оставить ее в больнице для ветеранов в Сиэтле, где я могла бы видеться с ней несколько раз в неделю? Стоили ли занятия садоводством и йогой дополнительных трат? Я хотела для нее самого лучшего... хотела поддерживать ее в тонусе, потому что читала, как это важно для пациентов с деменцией, но я не видела ее уже два месяца, и не поехала навестить ее, когда она получила травму, потому что каждая копейка важна как никогда.

Я чувствую себя такой потерянной, растерянной и одинокой.

Я не знаю, что правильно.

Я не знаю, что лучше.

В отсутствие Изи есть только один человек, чей совет мог бы помочь или что-то значить, но я не могу проводить с ним время, потому что близость к нему разбивает мне сердце.

Сегодня идет дождь — сквозь окно в крыше видно, что небо пасмурное и серое, — и это подтверждается. У меня выходной, и погода идеально отражает мое настроение.

Схватив телефон с прикроватного столика, я прочитала сообщение от Паркер, которая приглашала меня на девичник в ее коттедж на следующей неделе. Я удивлена, потому что в последнее время избегала женщин Стюарт. Мы с Рив по большей части едем в Скагуэй молча, что меня вполне устраивает. В глубине души я уверена, что они ненавидят меня за то, что я причинила боль их брату. Честно говоря, я тоже ненавижу себя за это.