– Как тебя зовут? – спросил он на интеръязе, опуская винтовку.

Николь продолжала отступать, уводя хранителя в сторону от все еще дрожавшей в судорогах Вороновой. Она отступала до тех пор, пока не уперлась спиной в металлическую сетку и, не получив разряд током, поняла, что клетку обесточили. Редкий шанс. Шанс, которым нельзя не воспользоваться.

– Как тебя зовут? – повторил хранитель, приближаясь к девушке, и, прежде чем та успела что-то предпринять, тут же был опрокинут на землю: «пиратка» сделала подсечку.

– Уходи отсюда! – буквально выплюнула Воронова и одним ударом вырубила хранителя.

– Уходим, – поправила Николь, подлетев к напарнице и помогая ей встать. – Давай, поднимайся!

«Пиратка», прихватив с собой винтовку, неуверенно поднялась на ноги.

– Не думаю, что это хорошая идея, – ее голос вновь зазвучал адекватно и очень знакомо. – Я в любой момент могу наброситься на…

– Не набросишься, – безапелляционно перебила Никки и рванула к выходу с арены, приглашая напарницу за собой. – Тебя запрограммировали на убийства в пределах арены, а наш бой окончен, пошли!

– Ты не можешь этого знать, – тем не менее, Воронова бежала следом, оглядываясь назад на случай, если их побег кто-то заметил.

– Я почти уверена, что это так! – Николь тоже постоянно оборачивалась назад, но хранители, увлеченные спором друг с другом, даже не смотрели на арену: из «ямы» еще никто не сбегал. Это было бесполезно. – Ты озвучила свою установку, когда душила меня.

Девушки неслись сломя голову по многочисленным, тускло освещенным коридорам. Они были на самом нижнем ярусе Нокса, так что под ногами у них был лишь влажный камень, на котором напарницы то и дело поскальзывались. Очевидно, что бежать им было некуда, однако, останавливаться девушки не собирались: по крайней мере, они могли где-нибудь затаиться и разработать план действий.

Из-за катастрофы вся электроника Нокса полетела ко всем чертям, а потому тепловые датчики и половина видеокамер вышли из строя; ни сигнала тревоги, ни автоматической блокировки отсеков – система безопасности в «яме» держалась исключительно на охранниках и невидимых мега-прочных цепях, которых на девушках больше не было. Возможно, покинуть здание они и не могли, но вот потеряться среди многочисленных коридоров – очень даже.

Воронова, как ни странно, ориентировалась в Ноксе гораздо лучше, чем Николь; последнюю доставили в «яму» в бессознательном состоянии, а потому, единственный известный девушке маршрут соединял всего две точки: ее камеру и арену. «Пиратка» же постоянно что-то говорила о лифтах, которые должны были вывести их на верхние уровни. Она уверенно бежала по лабиринту отсеков, периодически прислушиваясь, на случай, если за ними отправили погоню. И ее отправили: буквально через несколько минут сзади девушек раздался гулкий топот и крики.

– Долго еще?? – легкие Николь разрывались на части, а ноги отказывались повиноваться. Как она ни вглядывалась вперед, она никак не могла увидеть ничего хотя бы отдаленно напоминающего лифт. Впереди были лишь вытесанные в камне камеры, узкий коридор, который заканчивался…пропастью?! – Эй! – Николь сбавила темп. – Мы там не пройдем!

– Пройдем, – Воронова остановилась и, согнувшись, попыталась восстановить дыхание. – Там, – оны указала рукой в сторону пропасти, – там есть мост. Он поднимет нас вверх, но…, -она тяжело сглотнула, переводя дух, – он активируется с обоих концов. Я переберусь на ту сторону, а ты останешься здесь: врубим его одновременно, поняла?

– Откуда ты…

– Потом, – прервала «пиратка» и выпрямилась. – Бежим!

Когда девушки добрались до так называемого лифта, Николь поняла, что Воронова была права: через пропасть действительно был переброшен мост. «Пиратка» выудила из кармана ключ, вставила его в панель управления и повернула: дисплей ожил и замерцал.

– Когда я дам сигнал, потянешь за этот рычаг, – инструктировала «копия». – Встань сразу на мост, потому что, как только мы его запустим, он рванет наверх. Жди моего сигнала!

До того, как Николь успела что-то возразить, «пиратка» сорвалась с места и припустила по металлической дорожке. «Француженке» только и оставалось, что смотреть ей вслед, пока та не скрылась во мгле: над пропастью был точно такой же туман, что и снаружи. Как только Воронова растворилась в дымке, Никки вздрогнула: теперь ей оставалось лишь вслушиваться в ритмичные звуки шагов «копии», чтобы знать, что та еще была жива. Николь положила руку на рычаг, обратившись в слух, чтобы не пропустить команду; ее ладони вдруг стали влажными. Время шло, но шаги Вороновой не стихали, а потому оставалось только догадываться, какой длины был мост. Вдруг до Николь начали доноситься новые звуки: погоня продолжалась.

– Верони…

– ДАВАЙ! – последовала долгожданная команда. Не мешкая ни секунды, Никки навалилась на рычаг всем телом и мост, как и обещала Воронова, подскочил вверх. Как раз вовремя: Николь была уверена, что черные мундиры хранителей уже показались за поворотом, когда «лифт» взмыл ввысь. От неожиданности девушка плюхнулась на живот, чувствуя, как ее внутренности пригвоздило к позвоночнику. Скорость была такой огромной, что Никки даже и не подумала попытаться встать: ей и лежалось хорошо. А вот «пиратка» была из рисковых: двигаясь перехватками по перилам, она вскоре показалась из тумана, упрямо прокладывая путь к напарнице.