– Она умерла.

– Мне жаль.

– Это было очень давно.

– Как давно?

– Шестнадцать лет назад. Она возглавляла занятия по хели-ски на севере и попала под лавину.

– Боже мой...

– Рив был всего годик, - добавляет он.
– Мы больше не проводим занятия по хели-ски.

– Мне, правда, жаль.

Он поднимает на меня печальные, но ясные голубые глаза.

– Получается, у нас с тобой нет матери.

– У меня есть Мими, - возражаю я.

– У меня тоже есть бабушка, - говорит он.
– Но это не одно и то же, так ведь?

Я не хочу с ним соглашаться. Я хочу объявить, что Мими была хорошей матерью — даже более того, лучшей, — какой Шейла никогда не смогла бы стать. Но в глубине души понимаю, что во мне говорит преданности, а не честности. Если быть честной — и с ним, и с самой собой, — я знаю, что он прав. Я никогда по-настоящему не узнаю, чего лишилась, но я полностью осознаю, что у меня никогда не было материнской любви.

– Что дальше?- спрашиваю я его.

– У тебя есть братья или сестры?

– Нет. Я одна.

– Это легко запомнить, - говорит он.
– Как мы познакомились?

– Ты меня спрашиваешь?

– У тебя есть какие-нибудь идеи?

– Мы познакомились по объявлению, так? Так. Может, будем придерживаться этого варианта. Чем меньше мы лжем, тем меньше нам приходится напрягать память.

– Слишком убого, - стонет он.

– У тебя есть идея получше?

– Как насчет того, что мы познакомились прошлым летом, когда я работал в Джуно?

– Я никогда не была в Джуно, - говорю я ему.
– Первый человек, который спросит меня о моем любимом ресторане или магазине в Джуно, получит от меня испуганный взгляд, как у лани в свете фар.

– У тебя и так глаза, как у лани, - заявляет он.

Я не готова к тому, что он скажет что-то настолько личное, его слова застают меня врасплох. Я смотрю на него, ожидая продолжения.

– У тебя большие карие глаза, как у лани, - говорит он, и на его щеках проступает румянец.
– И эти длинные ресницы...
– Он задумчиво смотрит на меня секунду, затем допивает остатки вина и отодвигает бокал.
– Мне понятна твоя точка зрения. Будем придерживаться истории с объявлением.

Помимо моей беглой оценки, что Таннер условно хорош собой, на самом деле я не оценивала, нахожу ли его привлекательным. Он, безусловно, весьма крупный мужчина, а это не то, что я обычно ищу в партнере. Мы выглядели бы нелепо вместе, если бы я была ростом всего полтора метра, а он - больше 180 см. У меня было не так много парней, но большинство из них были низкого или среднего телосложения.

Интересно, каково это – иметь близость с таким крупным мужчиной, как Таннер.

От этой мысли у меня неожиданно оживает нижняя часть живота, а лицо начинает пылать. Я облизываю губы и допиваю остатки вина.

– Думаю, мне стоит немного освоиться, - говорю я, чувствуя себя уязвимой и смущенной, хотя он понятия не имеет, о чем я думала.

– Разумеется, - произносит он, проводя рукой по своим светлым волосам.
– Да. Гм... Хорошая идея.

Я встаю и направляюсь к двери, оглядываясь через плечо, прежде чем уйти.

– Спасибо за вино.

Он поднимает голову и кивает.

– Не за что. Приходи к шести на ужин.

– Приду, - отвечаю я, позволяя двери позади меня захлопнуться.

Таннер

Я прислушиваюсь к ее шагам на крыльце, затем к тому, как она быстро спускается по ступенькам. Когда я больше не слышу под ее ногами хруста гравия, которым выложены дорожки к коттеджам, я выхожу из транса.

На секунду — всего на долю секунды, пока я смотрел ей в глаза, — меня накрыло волной возбуждения.

Черт.

Откуда, блин, такая реакция?

Она не в моем вкусе. Не говоря уже о том, что я не заинтересован портить отношения с женщиной, которая здесь только для того, чтобы спасти мою задницу. Никоим образом. Ни за что.

Однако, меня вдруг осеняет — впервые с тех пор, как я решился на эту уловку, — что если я не стану встречаться с МакКенной этим летом, то не стану встречаться ни с кем другим. По крайней мере, не в Скагуэйе, где меня могли заметить или узнать.

Черт.

Как я не понял этого, когда вместе с сестрой планировал найти себе фиктивную невесту? У меня есть потребности. Нехилые такие потребности. Потребности, которые удовлетворяются каждое лето сезонным персоналом, таким как Рамона, или экскурсантками с круизных лайнеров, которые останавливаются в Скагуэйе. Что мне теперь делать? Обходиться без секса все лето?

Я с громким скрежетом отодвигаю свой стул от стола и хватаю бокалы с вином так резко, что они ударяются друг о друга и разбиваются.