– Слава Богу, ничего. Я заметил, как она вышла из дома, и решил на всякий случай последовать за ней. На берегу была маленькая черная медведица, которая ела ягоды. Молодая.

– Она напала на вас?

– Нет. Мы не двигались и не шумели, и она нас не тронула…но ты же знаешь, какой вред они могут причинить, если их застать врасплох или разозлить. Даже самые маленькие.

– Согласен. Вам повезло, что все обошлось.

Голову заполняют мысли о том, как тело МакКенны прижималось к моему, о том, как она позволяла мне обнимать ее, о том, как ее волосы пахли полевыми цветами.

– Оу, - бормочет Хантер.
– Очевидно, что-то все-таки произошло.

Я разминаю шею.

– Нет. Ничего.

– Рад слышать, потому что как раз хотел спросить... Не возражаешь, если я за ней приударю? Она очень милая, и если тебе не интересно...

– Не заставляй меня причинять тебе боль, братишка.

– Ого. Причинять боль? Что у тебя с ней?
– Хантер смотрит на меня с любопытством, руки на бедрах, топор сбоку от него.
– Я думал, ты сказал, что ничего…

– Вчера ничего не произошло, но я не знаю, на какой мы стадии отношений. Я не... То есть, она не…В общем…Я бы не одобрил, если бы ты начал к ней подкатывать. Ясно?

– Ясно, - отвечает Хантер.
– Она твоя. Я поищу счастья в другом месте.

Я киваю, забирая у него топор и подкладывая еще одно полено.

Она твоя. Мне нравится, как звучит эта фраза, хотя я знаю, что это неправда.

– Ты тоже дерьмово рубишь дрова.

Хантер усмехается, снова натягивая фланелевую рубашку, даже не потрудившись ее застегнуть.

– Хочешь, мы с Харпер этим вечером заедем в город и присоединимся к вам?

– Зачем? Ты думаешь, я не справлюсь сам?

– Просто предлагаю моральную поддержку.

На секунду я подумываю о том, чтобы взять с собой старшего брата и сестру, мою собственную маленькую команду поддержки, чтобы приструнить Рамону Де Аликанте. Но потом вспоминаю вопрос Хантера — ...ты не возражаешь, если я за ней приударю? — и отрицательно мотаю головой. Лучше не сводить его с МакКенной, пока я не разобрался в своих чувствах к ней.

– Я справлюсь.

– Тогда ладно. Удачи.

Хантер направляется обратно в главный дом, а я возвращаюсь к колке дров, гадая, станет ли фраза “я справлюсь” последними словами, которые мне потом припомнят.

***

Я появляюсь у дверей своего коттеджа в шесть часов, чтобы забрать МакКенну, после того как зашел в обеденный зал и оповестил свою семью о том, что сегодня вечером не буду работать. Я подозреваю, что Хантер уже рассказал им о приезде Рамоны в Скагуэй, потому что никто не сопротивлялся и не жаловался на потерю пары рук у сегодняшнего костра. На самом деле, все вели себя довольно тихо, пока Рив не пробормотала что-то вроде:

– Удачи... она тебе понадобится.

Странно стучать в собственную парадную дверь, но пока МакКенна в Дайе, мой дом принадлежит ей, а это значит, что я не могу войти без стука. Однако, что еще более странно, так это острое желание, которое меня охватывает, когда она открывает дверь. Одетая в черную кожаную куртку, белую блузку, отделанную кружевом, узкие черные джинсы и черные ботинки, она выглядит совсем другим человеком - утонченной, женственной и немного задиристой. Впервые с тех пор, как она приехала в Скагуэй, она уложила волосы гелем и нанесла макияж. С этими темно-карими глазами, обрамленными бахромой длинных черных ресниц, она как-никогда напоминает Элис Каллен.

– Ого, - бормочу я.

– Перестаралась?

– В самый раз.

Она делает глубокий вдох и склоняет голову набок.

– Готов, любовь моя?

– Да, - отвечаю я, продолжая оглядывать ее с головы до ног. Она не обзавелась пышными формами за одну ночь, но я понимаю, что не скучаю по ним. Ее стройная, худощавая фигура привлекает меня все больше и больше. Мгновенно очаровывая.
– Ты прекрасно выглядишь.

– Спасибо, - говорит она, но улыбка не затрагивает ее глаз.
– Ты говоришь так, словно это сюрприз для тебя.

– Да уж, - мямлю я, пораженный ее преображением.

– Сюрприз, что я прекрасно выгляжу? Боже, Таннер, спасибо. Ты знаешь, как избаловать девушку.

– Нет! Я не... То есть... Ладно, да, я немного удивлен. Я никогда не видел тебя с...
– Я показываю на свои глаза, затем на свои губы. У нее они темно-бордовые. Почти сливовые. И немного блестят. Полностью гипнотизируя.

– Ох. С макияжем? Да. Мне он не нравится. Я почти никогда к нему не прибегаю. Но сегодня вечером я подумала...
– Она пожимает плечами и проходит мимо меня, выходит на крыльцо и спускается по лестнице.
– Можно было бы постараться и сделать все возможное.